Я не могу позволить Сашке пострадать, пусть сейчас на моих глазах он и врезал Мише, но это лишь эффект неожиданности, тот просто не ждал. Я знала, какой зверь Багиров, своими глазами видела, как одним лишь точным ударом он отправил в нокаут соперника вдвое крупнее него. Его не просто так звали бешеным.
— Саш, не надо, — я схватила его за руку, не спеша отдавать предмет одежды, — пусть идет, он…
— Завтрак иди приготовь, я сейчас вернусь, — друг перебил меня все тем же ледяным тоном, посмотрел на меня пригвождающим к месту взглядом и, вырвав у меня из рук футболку, развернулся и вышел за дверь.
Я хотела побежать за ним, остановить, не дать натворить глупости, пострадать, но словно прикрепленная к месту не могла с него сдвинуться. На ум пришли когда-то сказанные бабушкой слова: «Никогда не лезь в мужскую драку». И я не полезла, потому что права была бабушка. Что я могла сделать? Раскидать их по углам? Разнять? В голове промелькнула мысль попросить кого-нибудь из соседей, но, по правде сказать, не было среди них тех, кто мог бы предотвратить драку.
И пока я решала, как поступить, раздался телефонный звонок.
— Слушаю, — произнесла торопливо, сняв трубку домашнего телефона.
— Вероника Евгеньевна? — раздался голос на другом конце.
— Да.
— Вас беспокоят из неврологии, Молотов моя фамилия, я дежурный врач, ваша бабушка…
— Что с ней? — я прервала врача, боясь услышать худшее.
Ноги подкосились, и я не в силах удержаться на них, сползла вниз по стеночке. Воздух вокруг внезапно стал густым и едким, с трудом проникая в легкие.
Кислорода не хватало, перед глазами все поплыло.
— Эээ с ней все в порядке, но дело в том, что ее забрали из нашего отделения.
— Что значит ее забирают? Кто? — я зацепилась за последние слова доктора, прикрыв глаза и стараясь не потерять сознание.
— Об этом я и хотел поговорить, какие-то люди в форме и с удостоверениями, сказали, что ее переводят в частную клинику, где ее ждут. Я так понимаю, вы не в курсе?
— Вы…вы что просто отдали бабушку каким-то незнакомцам? — я закричала в трубку, поражаясь тому, что вообще в состоянии говорить.
— Что у вас за бардак Oz2juY7T там, да я…да я на вас Минздрав и полицию натравлю, если с ней…если с ее головы хоть волосинка.
Я бросила трубку и с грохотом сорвала телефон с тумбы и швырнула в стену. В воспоминаниях стали всплывать репортажи, которые бабушка так часто смотрела по телевизору. О черных риэлторах, о людях, охотящихся за имуществом одиноких, больных стариков.
