Как бы это выглядело? Я толком не знала его отца, да и он меня. Ну да, малявкой помнил, и тут заявилась бы к ним в дом, и что?
— Я думал, что мы друзья, — немного обиженно произнес Саша.
— Саш, я…
— Ладно, будем считать, что ты это на эмоциях, а теперь ешь давай. Завтра будем со всем разбираться. Сейчас ты не в том состоянии. Поедим и спать.
— Ты останешься? — спросила с надеждой в голосе, потому что больше просто не могла оставаться одна, в пустой квартире, там, где все напоминало о бабушке.
— Конечно я останусь, Ник, — он провел костяшками пальцев по моей щеке и, улыбнувшись, вернулся на свое место.
К грустным темам Сашка больше не возвращался, мы говорили больше о нем, о его службе, без подробностей, конечно, о том, что он подустал и подумывает временно осесть в городе. Последнее задание далось слишком тяжело и теперь ему требовалась передышка. Я только слушала и улыбалась, глядя на этого засранца, который одним только своим появлением поднимал мне настроение. И не важно, как долго мы не виделись, не важно, как долго не общались, главное, что сейчас он был рядом.
К концу ужина я с трудом удерживала веки открытыми, а голова то и дело норовила рухнуть лицом в тарелку, а потому Сашка отправил меня спать, заверив, что все уберет сам и вообще это не проблема, и с посудой он справится, армию прошел, как-никак. Я сопротивлялась недолго, скорее для виду, а потому с чистой совестью отправилась спать в комнату бабушки, предварительно оставив чистое постельное белье в своей.
Уснула без задних ног, а уже утром проснулась от настойчивого звонка в дверь.
Утренний посетитель, судя по всему, отступать не собирался и продолжал жать на кнопку. С огромным трудом и проклиная звонившего, желая ему провалиться на том самом месте, на котором он сейчас стоял, поплелась к двери. Еще не до конца проснувшись, я даже не додумалась посмотреть в глазок и открыла дверь прежде, чем успела понять, какую глупость совершила.
— Какого черта ты здесь делаешь? — сорвалось с губ, как только я увидела стоящего передо мной Багирова.
— И тебе доброе утро, — Багиров в свойственной ему манере улыбнулся нахальной улыбочкой, словно она должна была на меня как-то подействовать. — Я извиниться хотел и объясниться. Прости, я без цветов, забыл.
— Не нужны мне твои цветы, и все остальное тоже не нужно, а теперь проваливай, — толкнула его в грудь и потянула на себя дверь, давая понять, что разговор окончен. Но Багиров не позволил мне этого сделать. Выставил свою руку, удерживая дверь.
