Я…
– Ты хочешь, чтобы я прекратил работать и уделил тебе внимание.
– Ты не чувствуешь схваток, тебе не понять.
– Солнышко, ты на двадцать седьмой неделе. Если бы у тебя начались схватки – ты бы уже летела в больницу. А не тяжело вздыхала, прожигая меня взглядом.
Я нарочито показательно отворачиваюсь, нижняя губа сама по себе выпячивается сильнее. Мне кажется – Демида можно простить за всё только благодаря его терпению.
Я превращаюсь в плаксивую капризную истеричку. А он терпит. Не во всем поощряет, ирод такой, но поддерживает.
И ни разу не показывает, что я его раздражаю.
А я стараюсь. Ох, видит Бог, я будто пытаюсь нервы ему выдернуть пинцетом. Мои гормоны те ещё садисты. А Юсупов держится. Чем бесит ещё сильнее.
Демид сидит за своим столом, перебирает документы. Я умираю от скуки, пытаясь устроиться на диване. Я сама захотела приехать, потому что мне не было чем заняться дома.
Но я-то надеялась, что мне уделят больше времени!
– Последний договор, – обещает, мягко улыбаясь. – А потом я весь твой.
– Пфф, не сильно ты мне нужен. Я хочу на обещанную презентацию книги. А она скоро начнется. Если мы опоздаем, то я никогда тебя не прощу.
– Она начинается через четыре часа, мы успеем даже пообедать перед этим. Тебе пока ничего не нужно?
– Пить хочу.
Демид тут же поднимается из-за стола, идет к журнальному столику. Наливает мне воду в стакан, протягивает. А когда я принимаю, присаживается возле меня на корточки.
Близость мужчины больше не страшит и не отталкивает.
Юсупов умело стирает ластиком всё плохое. Я помню, такое не забыть, но он старается перекрыть чем-то другим.
– Тише, малыш, – усмехается, чувствуя пинок. – Хватит изводить маму. Верни ей чуточку спокойствия и уверенности.
– Демид! Значит, я истеричка?!
– Ты? Нет. Это малыш у нас жутко капризный. А жена у меня – идеальная.
– Бывшая, Демид. Я бывшая жена.
– Но у меня же?
Фыркаю, ничего не отвечая. Демид не давит, я – не отталкиваю. Мы неопределенное нечто, от чего сердце бьется чуточку быстрее.
И тепло так сразу.
Мужчина поглаживает мою ладонь, наклоняется, обжигая губами. Его щетина щекочет пальцы, чертовы гормоны скачут вверх, заставляя меня краснеет. Словно девчонка малолетняя.
Эти приливы нежности от Демида – они с головой меня накрывают. Будто в начале наших отношений, только в этот раз намного сильнее они, убийственнее.
Когда я вижу мужчину лучше, его темные стороны, которые раньше не замечала. И теперь понимаю, как всё будет.
