Меня то пытаются подвести под соучастника, то под жертву.
Плевать.
Главное – что я предвижу итог. Без ошибок и просчетов. Отец не выйдет ни при каком раскладе. За решёткой проведёт остаток жизни. Наблюдая как его империя к чертям горит.
Потому что не стоит угрожать той, кого я люблю.
– Мои ребята раскопали последние детали, – делится Артём, крутится в кресле. – Передал всё следаку, проследил, чтоб подшили к делу. Через знакомого слежу за посетителями Аслана. Никто к нему не приходит, кроме адвоката.
– Опять новый? – адвокаты отца сменялись с чудовищной скоростью.
Никто не хотел браться за такой случай.
– Новый.
– Ясно. Спасибо, Тём.
– Неужели я дожил до этого дня? Сам Юсупов снизошел до благодарности.
– Не паясничай. Ты ведь знаешь, насколько я тебе благодарен, да?
– Плюс-минус.
Артём ржёт, подкидывая мою визитницу в воздух. Не попрекает тем, что я не доверял. Сомневался. Понимал, что доверять нельзя никому, слишком большие риски.
Теперь жалею, что сомневался в нём.
О многом жалею."
"– Но ты мне должен, – друг усмехается.
– Сегодня начнешь расплачиваться. Свалим куда-то отдохнуть? Мне надо прочистить голову.
– Сегодня не могу. Я к Лизе еду, – бросаю взгляд на часы. – Надо выезжать скоро. Но, – прикидываю, внимательно рассматривая друга. – Могу остаться, есть часа два. Поговорим.
– Забудь, – отмахивается. – Лети к Лизке, привет передавай.
– Уверен? Ты в последнее время выглядишь загруженным.
– Дём, ты меня сейчас отстойным другом делаешь. Потому что будь у меня выбор поболтать с тобой или к девчонке тащиться – я бы не тебя выбрал.
– К определенной девчонке?
– Кто знает…
Рязанов темнит, но я не лезу. Расскажет когда захочет. Или когда я его к стенке прижму, поняв, что друг вляпался в какую-то муть. Но сейчас я сворачиваю все дела, откладывая на понедельник.
А сам прыгаю в машину и мчусь к своей девочке. Нарушаю скоростной режим, торможу лишь возле здания, где должны встретиться с Лизой.
Всё для того, чтобы найти её в слезах.
– Демид, – шмыгает носом, заметив меня.
– Ты уже приехал?
– Что тебя расстроило? – прижимаю к себе, внимательно рассматриваю.
Беспокойство никуда не девается. Постоянно со мной. Страх, что я своими действиями принес Лизе непоправимый вред. И в какой-то момент по мне лупанет расплатой.
Всё нарастает, когда понимаю, что Лиза вышла из больницы. Почему мне не сказала? Не могу вырубить желание знать всё, контролировать. Понимать, что даже если девушке стало плохо – я найду способ помочь.
– Я, – горький всхлип.
