После того как Аслана арестовали, всё стало намного спокойнее. Тот потерял и бизнес, и связи.
Никто не хотел мараться в таком деле.
С Рахмановыми Демид договорился, не знаю как. Но убедил меня, что больше никто ко мне не полезет. И слово сдержал – полтора месяца я живу донельзя скучной и обычной жизнью.
Только сложная беременность добавляет краски.
Сложная потому, что у меня токсикоз не проходит, постоянно хочется спать. Иногда укачивает от того, что я стою, а давление гуляет американскими горками.
Поэтому Костенко пришлось отпустить меня в декретный отпуск раньше, я не могла даже в больнице находиться, где всё пропахло лекарствами и моющими средствами.
А я… Переехала, в другой город. Чтобы на время начать новую жизнь, подумать, где и как мне было лучше. Чего мне хочется на самом деле, а не под влиянием воспоминаний.
Только Демид не дает сбежать окончательно.
Я знаю, что если напишу ему, то он тут же прекратит. Присылал мне цветы – я отказалась, больше ни одного букета не получила.
Сейчас он прислушивается к моим желаниям.
Только почему-то палец замирает над кнопкой, когда я в очередной раз хочу отправить банальное «хватит». Стираю, оставляя наш диалог пустым.
Позже напишу.
– Прости, – Аля виновато морщится, удерживая на руках сына. – Моя маленькая липучка, ничего не могу поделать.
– Без проблем. Тебе нужно домой или остаешься?
– Остаюсь, конечно. Тебе скоро в Киев возвращаться, не хочу терять время с тобой. Здесь недалеко парк, пройдёмся?
Я киваю.
С Алей мы познакомились случайно. Ильдар налетел на меня, а девушка очень долго извинялась, помогая собрать мои вещи. С растущим животом это делать не так просто.
Девушка младше меня на пять лет, но не думаю, что встречала настолько открытых и радостных людей. Она даже дождю улыбается так, словно впервые видит.
Но дружба с Марисой научила меня многому. Первое – не вестись на милую улыбку и не доверять слишком, даже если кажется, что это твой человек. Потому что нет, не факт.
Мариса пыталась со мной поговорить, но я даже слушать не стала. У Демида был хоть какой-то повод так поступать, у моей «подруги»… Свои желания, которые никак не вязались с моей защитой.
Она радо променяла нашу дружбу на возможность выйти за мужчину, который устроит и её, и её родителей. С радостью распускала слухи о разводе, не пыталась меня предупредить… Поставила свою выгоду выше нашей дружбы.
Могу ли я её понять?
Возможно.
Но точно не простить.
