– И что дальше? – спрашивает тихо, кусая губу.
– Ничего. Ты сидишь здесь, я решаю проблемы. Когда всё закончится – я оставлю тебя в покое, надоедать не буду.
– И… Всё? – произносит с колоссальным облегчением, но при этом кажется вдруг огорченной. – Тему беременности мы больше не поднимаем?
– А нужно?
– Не знаю…
Кажется даже больше растерянной, чем когда я рассказывал про дела моего отца. Смотрит на меня с опаской, словно боится моего нападения. Ждёт чего-то.
А что мне нужно сказать?
Поздравляю тебя и твоего гребанного канадца?
Или с кем ты там гуляла после нашего разрыва?
Я рад, что у Лизы всё хорошо.
Она хотела детей, со мной не получилось, а с другим – сразу. Бьет ли по мужскому достоинству? Нет, потому что достоинства у меня особо и не осталось.
А по остаткам сердца проходится знатно.
Ножом режет от мысли, что это мог быть наш малыш.
Это ни отмотать, ни исправить.
Я всегда буду виноват в том, что Лиза потеряла ребенка. Дважды, на самом деле. Потому что если бы я был умнее, ничего из этого не произошло бы.
Не потащил бы её к друзьям четыре года назад, где подхватили грипп.
Не окунул в прорубь стресса при разводе.
Я всё думаю, можно ли было переиграть.
Сделать по-другому.
Не лезть на рожон, не бросаться в самое пекло.
После понимаю, что нет. Иначе дамоклов меч до конца жизни будет висеть над нами.
Мерзко от собственных поступков.
Но хватаюсь за то, что хотя бы так Лиза останется жива.
– Не переживай, – успокаиваю, стараясь выдавить улыбку. Получается оскалом. – Это никак не повлияет на мою помощь.
– Как благородно, – выпускает новые колючки. – Как ты вообще узнал?
– Заметили, как ты детские вещи присматриваешь. Если бы ты сама не призналась, то Левенко бы твою карту достал.
– Карту мою?! Ты прекратишь лезть в мою жизнь или нет?! Кто тебе вообще право дал, Демид? Это никак защиты не касается. А твоя защита… Вообще чушь полная! Ты хоть спросил меня, нужно ли мне это всё? Я бы укатила с радостью подальше от вас! Боже, ты бы знал, как я сейчас тебя ненавижу.
Ненавидь.
Это правильно.
Именно этого я добивался, в какой-то мере.
Потому что, если встреча с отцом пойдёт не по плану.
И я повторю судьбу дяди…
То Лизе на мою смерть будет плевать.
Не заденет, боли не причинит.
Тоже своеобразный успех.
Глава 42
Я разрываюсь от всплеска эмоций. Они топят, тянут на дно. По живому режут. Не знаю, беременность сделала меня такой слабой или я просто не умею разбираться с подобным…
Но сейчас захлёбываюсь.
Обидой.
Злостью.
Отчаянием.
