— Еще Болдуины? — удивился Оуэн. — Не думаю, что я таких знаю.
— Нет, в том-то и дело. Дочь Болдуина вышла замуж, уехала из Лондона, и семья потеряла всякую с ней связь. Единственное, что о ней известно, — это то, что у нее такие же золотисто-карие глаза, как у меня, и черные волосы. Я понимаю, тут почти не от чего отталкиваться, и все-таки не такой уж это распространенный цвет глаз.
Оуэн нахмурился и предупредил:
— Нужно быть очень осторожным в этих поисках. Если, как вы говорите, вы ищете дальних родственников, то можете привлечь к себе внимание нежелательных личностей, готовых солгать, лишь бы использовать вас в своих интересах.
Девин внутренне поморщился. Это он солгал и теперь чувствовал себя виноватым. Вот перед ним стоит Оуэн, искренне старающийся уберечь его от беспринципных людей, но с другой стороны, в их семье не существует никаких забытых ветвей, поэтому и беспокоиться об этом не приходится.
— Важное замечание, — согласился Девин, — но раз уж мы об этом заговорили, вдруг вы знаете мужчин с глазами, как у меня?
Оуэн хохотнул.
"
"— Откровенно говоря, я меньше всего обращал внимание на цвет мужских глаз. Женских — да, и могу припомнить по меньшей мере двух дам со светло-карими глазами, хотя и не такими яркими, как ваши, но обе они в состоянии проследить свои генеалогические древа сквозь века, так что я в высшей степени сомневаюсь, смогут ли они вам помочь.
Девин кивнул. Ему была ненавистна мысль даже о простом упоминании имени, но, вероятно, придется подправить свою историю и вплести в нее мать, ограничив вопросы годом, когда она приехала в Лондон и встретила того развратного ублюдка, соблазнившего ее.
Но говорить об этом лорду Оуэну уже поздно, поскольку он преподнес ему байку о фамильном древе.
В год своего дебюта в Лондоне мать наверняка познакомилась со множеством людей своего возраста. Сейчас они в средних годах. Ей требовались опекуны и поручители, и кто бы они ни были, они наверняка видели ее с золотоглазым мужчиной, пытавшимся ее соблазнить.
Черт бы все побрал, дядя должен знать эти имена! Девин никогда его не спрашивал, не сомневаясь, что его отец — это лорд Вулзли. А теперь придется ждать возвращения в Лондон, чтобы поговорить с Дональдом. А пока что ж, в Норфорд-Холл приглашены и другие пары средних лет.
Глава 43
В первый официальный вечер загородного приема Аманда спустилась вниз довольно поздно, потому что Элис сильно задержалась с ее платьем.
