Она вщёлкнула плёнку на негатоскоп, прищурилась.
— Грудной отдел, да… Вот здесь сужение, и тут… От этого, возможно, спазмирован мышечный корсет, отсюда и боль. Ну, что ж, — пожала плечами. — Пропишу тебе курс. Пока на больничный пойдешь.
— Что колоть будем? — спросил я без особого энтузиазма.
— Диклофенак в ампулах, один раз в день, внутримышечно, — кивнула врач. — Обязательно добавь миорелаксант — «Мидокалм», тоже уколы или таблетки, как удобнее. Плюс хондропротекторы внутрь, но это уже на длительный курс. На ночь — согревающую мазь, любую с капсаицином.
Она оторвалась от бумаг и добавила:
— Физиотерапию бы хорошо, но аппарат сейчас в ремонте. Пока дома грелку приложи — хуже не будет. Я всё тебе распишу.
— Понял. Спасибо.
Я кивнул, взял листок с назначением и вышел. Всё шло по плану.
* * *Итак, теперь я был на официальном больничном. Позвонил на работу, доложился Власенко. Тот поднял трубку, как будто уже знал, кто звонит, и сразу начал гундеть:
— Ну ты даёшь, Яровой. Обнаглел в край. От Родины, значит, прикрылся больничным листком, а мне теперь и за тебя твои бумажки разгребать, и отчёты сводить.
А у меня, между прочим, график забит под завязку — к вечеру надо материалы по итогам мая на совещание подготовить, ещё и проверка по планированию нависла. И всё это — я, да?
— Простите, Виктор Артемьевич, прихватило так, что сидеть не могу… здоровье, сами понимаете… — нарочито охнул я.
— Здоровье… — буркнул он. — Только учти — вернёшься, будешь разгребать вдвойне. Всё, лечись.
Но если позвоню — трубку берёшь.
— Так точно, — сказал я и отключился.
* * *г. Новознаменск. Дворовая территория офиса бизнесмена Валькова
Грач, облачённый в синюю робу электромонтажника, незаметно скользнул к задней стене здания. Здесь, среди пластиковых труб и серых коробов, висел главный распределительный щит. Замок на дверце был простой — китайская навеска. Щёлк — и он сдался с первого раза.
Грач открыл дверцу щита и быстро оглядел внутренности. Десяток автоматов, счётчики, пара трансформаторов, мощные кабельные вводы.
Действовал чётко: нашёл главный вводной автомат и вырубил его. Свет в здании мигнул, но не погас — на случай аварии имелась резервная линия.
Тогда он достал из кармана кусачки. Проверив тестером напряжение, нашёл нужную фазу и нейтраль от внешнего питания — и аккуратно перерезал их. Потом ловко замкнул их между собой и на заземлённый корпус. Искра, короткий щелчок — и всё стихло.
Предохранитель сгорел, вводной кабель «сел».
