Седой даже не повернулся. Просто сделал глоток, не спеша, как будто происходящее его никак не касалось.
— Добрый вечер, — начал лейтенант. — Поступило сообщение о нарушении общественного порядка. Прошу предъявить документы.
— Документы? — мужчина отставил бокал и только тогда повернул голову. Говорил негромко, но как-то плотно, без лишних эмоций. — А кто сообщил?
Официант неуверенно шагнул вперёд, взглянул на лейтенанта, потом на мужчину — и стушевался.
— Уже всё нормально… он… он извинился. Инцидент улажен.
— Всё равно придётся установить личность, — твёрдо произнёс лейтенант, сообразив — что-то не то.
Мужчина достал из внутреннего кармана кожаное портмоне, медленно, подчёркнуто спокойно. Раскрыл. Паспорт. ФИО, фото, всё в порядке. Лейтенант пробежался взглядом по странице, вернул документ.
— Благодарю. Постарайтесь больше не допускать конфликтов, особенно в общественном месте.
— Разумеется, — кивнул седой. — Я просто хотел ужинать. Но, как вы видите, некоторым в этом городе не хватает вкуса.
Или вежливости.
Патрульные ещё пару секунд постояли, оглядывая окружающих. Всё было тихо, спокойно.
— Леха, — кивнул он знакомому.
Этим же кивком он позвал его поближе.
— Привет, Серый, — подошел бугай охранник, потирая руку в районе запястья. — Да всё ровно… Он тут быковал малян… А я разрулил.
— Точно?
— Да что ты у меня спрашиваешь, вон — у меня начальство есть.
Он кивнул на администратора и испарился.
— Ладно, пошли, — сказал лейтенант своим. — Ситуация, похоже, улажена.
Ни хрена себе он их построил.
Когда патруль уже почти вышел из зала, к ним метнулся официант. Спрятался за полицейскими и стал тараторить.
— Арестуйте его! — выпалил он, тыча дрожащим пальцем в седого. — Он… он мне нож в глаз хотел воткнуть! Я… я…
— О как, — присвистнул лейтенант. — Заяву будешь писать?
— Напишу! Только заберите его, вы же его арестуете? Да?
Полицейский лишь хмыкнул, резко развернулся и зашагал обратно к столику.
— Встать! — скомандовал он. — Лицом к стене, ноги шире, руки за спину.
Сержант для острастки щёлкнул затвором «Кедра». Седой и на это не отреагировал. Спокойно вытер губы белой, с вензелем ресторана салфеткой, аккуратно положил её на край стола, встал и поправил манжеты рубашки с запонками.
— Ну, поехали прокатимся, — ровно сказал он.
Ни раздражения, ни страха. Как будто собирался не в отделение, а на увеселительную прогулку в продолжение банкета.
Он сам подставил руки. Стальные наручники щёлкнули на запястьях.
