Снимаю свитер, настраиваю воду и с удовольствием встаю под тёплые струи. Прикрываю глаза, пытаясь расслабиться и начать соображать.
Ну что, мне переспать, что ли, с ним, чтобы окончательно усыпить бдительность?
Напеть ему про «люблю не могу», «прощаю твоё блядство», укатить с ним город, а там послать на хрен. Хороший план. Отличный. Я бы сказала, стопроцентный. Это же легко. Я уже спала с Черновым и не раз. Мое тело на него реагирует. Будет правдоподобно. А врать я научилась еще в пять лет.
Иди делай красиво и завтра ты дома.
Решительно выхожу из душа, вытираю волосы, оставляя их влажными, раскидываю по плечам. Закусываю губы, осматривая свое тело в зеркало. Черт. За год я уже забыла, как это делается. Ладно, вспомним в процессе. Заворачиваюсь в полотенце – сейчас одежда мне ни к чему.
Поднимаюсь наверх, решительно вхожу в спальню. Чернов так и спит поперек кровати. Осматриваю его, сглатывая.
Прикрываю глаза, вспоминая, как это у нас было…
По-разному было: и жёстко, и страстно, и мучительно нежно. Мы могли, как ненормальные, залипать друг на друге всю ночь.
Сдергиваю с себя полотенце и забираюсь сверху на Руслана, седлая его. Сейчас главное – отключить мозг и всё забыть. Давай, тело, не подведи.
Чернов просыпается мгновенно. Распахивает глаза и хватает меня за бёдра, сжимая. Заглядывает мне в глаза, словно не веря в реальность.
Усмехаюсь, хватаю края его футболки и тяну вверх, прогибаясь. Руслан сам раздевается и снова впивается пальцами в мои бёдра. Скользит глазами по моему телу, сглатывает, а потом шумно втягивает воздух.
Веду ногтями по его торсу, оставляя легкие красные следы. Ему всегда нравилось. Он немного мазохист.
«Ну давай, возьми инициативу в свои руки», — говорю ему глазами.
Пусть сделает всё сам. Он никогда мне не позволял «кататься» на нём долго. Всегда подминал под себя и брал как хотел. Просто так выходило, что его желания и мои желания всегда совпадали.
— Кошка моя, — хрипло выдыхает, срываясь.
Рывок – и вот я уже спиной на матрасе, распятая под сильным мужским телом.
Большая, сильная ладонь Руслана обхватывает мое лицо и притягивает к своим губам. Целуемся жадно, несдержанно, по-свойски, отбирая друг у друга инициативу. Его вторая рука трогает меня везде, где может дотянуться. Грудь, талия, бёдра, ласкает, сжимает. Кусает за губы.
— Я пиз*ец как соскучился… — выдыхает мне в губы. — Девочка моя любимая.
Ну вот зачем?!
Зачем?!
Зачем он это сказал?
Его «люблю» и «девочка моя» включают мои тормоза.
Больно. Очень больно.
