Реально не видел кота?
— Ага, и ромашек с одуванчиками, — закатываю глаза. — Там, под навесом, мёрзнет котик, — указываю пальцем в окно. Руслан подходит ближе, всматривается.
— Ты хочешь затащить сюда чужого кота?
— Хочу, да.
— Он явно чей-то.
— Ты сам сказал, что ближайший поселок в десятке километров. На улице мороз. Он замерзнет. Быстро занеси его в дом! — шлепаю Руслана по плечу.
Чернов молча разворачивается и выходит из дома. Наблюдаю в окно, как он идёт в сторону кота, подзывает его, а когда протягивает руки, тот убегает куда-то за навес.
Я не слышу, но читаю по губам, как Чернов матерится, оборачиваясь ко мне и разводя руками.
Указываю ему вперед, намекая, чтобы нашёл кота.
Ну жалко животное.
Руслан с психом обходит навес и выпадает из моего поля зрения. Жду. Минуту, две, пять, десять. Нет никого. Ни кота, ни Чернова. Иду в сторону входной двери, дергаю ручку.
Открыто!
Какой замечательный кот. Отвлек мне дяденьку. Выглядываю во двор – никого не видно и не слышно. Осматриваюсь.
Обуви нет. Курток тоже. Я в носках и свитере.
Без трусов!
Но когда меня останавливали такие мелочи?
В десятках метров от меня внедорожник Чернова. Вот он, только руку протяни.
Выскакиваю на улицу в носках, отбрасывая плед, ибо он мне мешает. На адреналине не чувствую холода совсем. Мне, наоборот, жарко. Уже не ищу Чернова, главное – добраться до машины.
Конечно, надо быть полной идиоткой, чтобы надеяться на то, что машина открыта. Дергаю дверцу со стороны водителя, и, конечно, она не поддаётся.
И понятно, что все остальные дверцы тоже заблокированы. Но я на азарте бегаю вокруг машины и дергаю все. Со всей силы, почти выламывая ручки. Чернов всегда любил свои машины. Это, наверное, единственное, что он любит, холит и лелеет по-настоящему. И мне уже из вредности хочется сломать тут ему хоть что-нибудь."
"Выдыхаюсь, начинаю чувствовать холод. Носки промокли от снега. Голая кожа горит от мороза.
— Ты нормальная? — позади меня раздается грозный голос Руслана. Очень злой голос.
Это с виду он обаятельная сволочь. Но, когда зол, превращается в зверя. И мне, дуре, нравился в нем этот контраст.
Оборачиваюсь. Чернов сам весь в снегу, держит за шкирку рыжего кота, который тоже весь в белых хлопьях. Рыжее чудо дёргается, пытаясь извернуться и укусить держащую его руку.
— Что ты делаешь? — качает головой Руслан и идёт на меня.
— Свежим воздухом дышу! — от досады пинаю его машину. И тут же морщусь от боли. Мои бедные замерзшие пальчики.
