Вырвать кусок из пасти — это другое дело. Создать проблему, вставить палку в колесо — тоже пожалуйста. Данные ведомства по факту никогда не работали вместе, только декларировали это.
— Зачем вам нужен этот институт, товарищи офицеры? — спросил Павел.
— Прошу прощения, товарищ капитан, но это не ваше дело, — надменно отрезал Колонтович. — Вы делайте свою работу, а мы займемся своей. Не позднее вечера мы должны отчитаться перед своим начальством.
— Вас интересуют разработки доктора Менделя? — в лоб спросил Никольский.
— Лично нас — нет, — вступил в разговор капитан Лебедев. — Мы, если честно, даже смутно представляем себе, кто это такой. А вот интересы нашего руководства мы не обязаны разглашать посторонним лицам, даже вам, сотрудникам контрразведки СМЕРШ.
«А мы первые успели», — подумал Павел.
— Значит, так, товарищи офицеры, — сказал он. — Меня не волнует суть вашего задания и его отношение к интересам государственной безопасности. У меня свое командование и собственные задачи. Одна из них — не пускать посторонних лиц на территорию филиала «Альтверде».
Если у вас есть претензии ко мне, то пусть ваше начальство обращается к нашему и решает этот вопрос. А я выполняю приказ. Прошу вас уехать. Вахмянин, никого не пускать! Вы поняли приказ?
— Так точно, товарищ капитан! — заявил часовой.
Лебедев скривился, сплюнул. Колонтович пристально посмотрел Никольскому в глаза.
— Напрасно вы так, товарищ капитан, — тихо сказал он. — Ума не приложу, зачем нам ссориться. Мы вернемся через несколько часов с соответствующим приказом.
Стоит ли терять время? Вы впоследствии можете крупно пожалеть о том, что проявили недальновидность.
— Пугаете, Александр Романович? — спросил Никольский. — Пустое это, уверяю вас. Меня многие пугали, а толку? Ничего личного, поверьте. Просто мы успели первыми, а вы опоздали. Но ведь одно дело делаем, верно?
Он терпеливо ждал, пока эта парочка соизволит удалиться. У офицеров НКГБ иссякли запасы пронзительных взглядов, они сели в машину. Лебедев переключил передачу, стал сдавать назад.
Оперативники и ухом не повели. «Газик» выпустил зловонный дым, покатил по улице, свернул в переулок.
Капитан прислушался. В этом районе было тихо. Здесь отсутствовали важные объекты. Кругом стояли мрачноватые жилые дома в два и три этажа, не считая лютеранской кирхи.
Со стороны центра доносились выстрелы. Красная армия подавляла там последние очаги сопротивления.
— Не пугает этот инцидент, командир? — спросил Кобзарь.
