Располагайтесь, а я пока документы за тот год вам из архива подниму. – И она выплыла из кабинета, словно большая яхта.
«Очень странно, – Лена терла переносицу и старалась сосредоточиться. – Очень странно, я совершенно точно видела номер интерната на аттестате. Не могла же я цифры перепутать. Да и Веткина в разговоре назвала именно их. Нет, тут что-то другое…»
Но все сотрудницы – а их оказалось всего пятеро – в один голос заявили, что такой воспитанницы в интернате не было.
Никаких упоминаний об Анне Веткиной не нашлось и в архиве.
Лена, чихая и то и дело вытирая нос, честно пересмотрела все покрытые пылью документы за интересовавший ее период.
– Убедились? – спросила директриса, когда сотрудницы ушли. – Какой смысл мне врать вам?
– Да, вы правы. Очевидно, произошла какая-то ошибка. Извините меня за настойчивость, – вздохнула Лена, вставая и прощаясь.
«Ну, вот мои волшебные стеклышки и осыпались, – огорченно думала она, шагая по дорожке к остановке. – Но как такое могло произойти? Я совершенно уверена, что ничего не перепутала.
Наведаюсь для очистки совести еще в это Сухое, хотя там наверняка нет смысла ничего искать».
Остаток дня она провела, гуляя в окрестностях гостиницы, чтобы не заблудиться в незнакомом городе. Но и тут оказалось множество интересных мест, красивых старых домов, причудливо изогнутых деревьев, и Лена с удовольствием побродила и подышала здешним воздухом. В магазинчике, куда Лена завернула погреться, когда поняла, что уже не чувствует рук, приветливая пожилая женщина в накинутой на плечи серой пуховой шали налила ей чашку травяного чая, с порога признав в ней приезжую:
– Сразу видно, что нездешняя вы, – певуче говорила женщина.
– В такую-то погоду кто же тоненькие перчатки надевает? Погодите. Вот я вам сейчас рукавички подарю, самовязки, тепленькие, из козьей шерсти. – Она нырнула под прилавок и, не успела Лена сказать ни слова, как перед ней уже лежали симпатичные серые рукавицы с вывязанной по всей длине тонкой косичкой.
– Что вы! – запротестовала она.
– Это неудобно…
– Чего это – неудобно? Пусть на память о Климовске у вас останутся, – заулыбалась женщина. – И кошелек свой спрячьте немедленно, иначе обижусь. Я сама эти рукавицы вяжу, делать-то тут особо нечего, к нам в магазин редко кто заходит, разве что приезжие за сувенирами. Так что носите на здоровье, рукам тепло будет.
– Спасибо! – от души поблагодарила Лена, примеряя подарок.
Утром она снова позавтракала в ресторане и направилась к стоянке такси.
