Однако на сей раз твое неповиновение ставит под угрозу соглашение между народами. Посовещавшись, мы с Советом решили принять меры.
Голос регента, полный непререкаемого авторитета, разносился по всему залу:
– Ты лишаешься владений в Варенне и в Марше, а также местных воинских отрядов и выплат на их содержание. Тебе остается лишь Аквитар. На ближайшие десять месяцев твои доходы и численность твоей свиты будут уменьшены. Прошение на расходы станешь подавать непосредственно мне. Радуйся, что мы оставляем тебе Аквитар и не назначаем более строгого наказания.
По залу прокатился удивленный ропот. У кого-то карательные меры вызвали негодование, а у кого-то скорее тихое удовлетворение, чем шок. В этот момент стало ясно, кто из придворных поддерживает регента, а кто – принца. Стало ясно, и что на стороне Лорана меньшинство.
– Радоваться, что мне оставляют Аквитар, которого по закону ты лишить меня не можешь? – переспросил Лоран. – Аквитар, не имеющий ни воинских отрядов, ни стратегического значения?
– Думаешь, мне приятно наказывать собственного племянника? Ни у одного дяди сердце не обливается кровью так, как у меня сейчас.
Прекрати уклоняться от обязанностей. Поезжай в Дельфер, докажи, что ты одной крови с Огюстом, и я с радостью все тебе верну.
– Помнится, в Аквитаре есть старик-смотритель. Мне с ним ехать на границу? Доспехи будем носить по очереди.
– Не утрируй. Если согласишься исполнить свой долг, дадим тебе отряд.
– Зачем мне тратить время на границе, если по прихоти Кастора вы встаете на задние лапки?
Впервые за все время регент разозлился.
– Якобы ратуешь за национальную гордость, а сам ради страны палец о палец не ударишь. На деле ты поддался мелочной злобе, а сейчас обижен наказанием. Ты сам кузнец своего несчастья. Обними раба, и на этом закончим.
Обними раба?
Напряжение присутствующих в зале стало еще ощутимее.
Надсмотрщик заставил Дэймена подняться на ноги. Дэймен ждал, что Лоран воспротивится приказу дяди, поэтому опешил, когда тот, смерив регента долгим взглядом, приблизился с мягким и покорным изяществом.
Подцепив пальцем цепочку на груди у Дэймена, он потянул его к себе. Маленькие зажимы так и впились в кожу – пришлось повиноваться. С холодной отстраненностью Лоран сгреб рубины и опустил Дэймену голову, чтобы поцеловать его в щеку. Поцелуй вышел эфемерный: на губы Лорану не попало ни крупинки золотой краски.
– Ты похож на шлюху. – Не слышные никому другому слова едва всколыхнули воздух у Дэйменова уха.
