– Наградить, – безразлично повторил Лоран.
– Бой воистину блистательный, но без развязки, – посетовал Один. – Взамен побежденного питомца позвольте предложить ему моего. Думаю, всем угодно, чтобы ваш раб проявил себя по-настоящему.
Дэймен перевел взгляд на питомца.
Бой не был окончен. «Проявить себя», – подумал он, снова чувствуя дурноту.
Мальчик оказался не сыном советника Одина, а питомцем, только стоящим на пороге отрочества. Тоненькие руки и ноги казались еще детскими. Узкая грудь судорожно вздымалась: мальчишка до смерти боялся Дэймена.
Ему было от силы лет четырнадцать, а на вид скорее двенадцать.
Шансы вернуться в Акилос затрепетали и погасли, как огонек свечи, и все пути к свободе оборвались. Повинуйся. Играй по правилам. Целуй принцу ноги. Пляши под его дудку. Еще недавно Дэймен думал, что справится. Собрав последние силы, он заявил:
– Делай со мной что хочешь, но ребенка я насиловать не стану.
Лоран на миг переменился в лице.
Возмущенное возражение поступило с совершенно неожиданной стороны:
– Я не ребенок.
Однако, перехватив изумленный взгляд Дэймена, мальчишка побледнел от страха.
Лоран смотрел то на Дэймена, то на питомца и хмурился, словно что-то не складывалось. Словно что-то не складывалось так, как угодно ему.
– Почему не станешь? – неожиданно спросил он.
– Почему не стану? – переспросил Дэймен. – Я не разделяю твоей малодушной привычки бить лишь безответных и не получаю удовольствия, причиняя боль тем, кто слабее меня. – Дерзкий ответ вырвался вопреки здравому смыслу, да еще на родном языке Дэймена.
Лоран, владевший акилосским, уставился на него. Дэймен встретил его взгляд спокойно: о сказанном он не жалел и ничего, кроме отвращения, не чувствовал.
– Ваше высочество? – недоуменно окликнул принца Один.
– Раб говорит, что, если питомец вам нужен до смерти напуганным, потерявшим сознание или разорванным пополам, нужно обратиться к кому-то другому, – отозвался Лоран, наконец повернувшись к советнику. – От услуг питомца он отказывается."
"Лоран поднялся со своего места и прошагал мимо Дэймена, едва не оттолкнув его.
На своего раба принц даже не взглянул. Дэймен услышал, как он говорит слуге: «Выведите моего коня на северный двор. Я отправляюсь на прогулку».
Так – нежданно-негаданно – все закончилось. Нахмурившись, Один удалился. За ним, смерив Дэймена непонятным взглядом, поспешил его питомец.
Что сейчас произошло, Дэймен так и не понял. В отсутствие других приказов стражи одели его и подготовили к возвращению в гарем.
