Может Примус, сходящий с ума от того, что потерял жену и от того, что его родной брат рушил королевство? Или Санкше, который хотел сделать всех в мире счастливыми и равными? Или, может, Морган, который пожертвовал всем, что имел, включая свою семью и самого себя, чтобы сделать родину крепче, чтобы открыть людям глаза? Или, может, Ана’Бри, которая просто жила в своем ледяном дворце и не хотела ничего от внешнего мира? А может императрица Ласкана, потерявшая все, что у неё было, кроме одной последней цели – не потерять и родину.
Пусть и память о ней. Или может это была Анис, которая не смогла преодолеть вес мести, давящий её к земле? Или это была Лунная Секта, которая заботилась о сотнях тысяч тех, кто вверил в её руки свои жизни – простых крестьян и ремесленников? Или Город Демонов? Он мой враг? Так ответь мне, Азрея, когда, в следующей битве, или через сотню битв, я встречу того, кто сильнее меня. Кто, наконец, отправит мою душу на суд праотцов – как я посмотрю им в глаза. Что я им скажу? Что я, вот этими руками, всей силой, что была мне дана, не сделал мир ничуть лучше? Не помог ни одному живому существу? Не посадил дерева.
Не построил дома. Не вырастил детей. Я не дал, в обмен за свою жизнь, ничего, кроме того, что лишь их забирал. Так вот, скажи мне тогда, я ли сражался с врагами, Азрея, или это все эти люди бились со мной – со врагом. Их общим врагом. Одним, на всех.
По щекам Азреи катились слезы.
– Я не понимаю, – она так яростно качала головой, будто хотела стряхнуть с себя услышанное, но не могла.
Потому что это поселилось глубоко внутри неё. Где-то около самого сердца. Около пустоты, которая разъедает каждого из нас. – Я не понимаю… ты ведь можешь сделать мир лучше. Если станешь сильнее, если поднимешься на Седьмое Небо и…
– И, свершив суд над Яшмовым Императором, чем я буду отличаться от него – от тех, кто самолично вершит судьбы в Книге Тысячи. Я буду таким же. Кто вырвал свое право. Потому что сильнее. Потому что переступил через тех, кто слабее. Я назову их своими врагами.
Я одолею их. Но… враги ли они или… я?
Хаджар повернулся.
Они вновь встретились взглядами.
– Я никогда тебе не врал, Азрея, – вздохнул Хаджар. – никогда… кроме того, когда сказал, что не знаю, куда идти дальше.
Глава 1188
Она стояла напротив. На расстоянии вытянутой руки.
Так близко, что можно было почувствовать её дыхание на лице.
— Я знаю. Я решил.
Но так далеко… так неблизко.
Он уже не знал, сможет ли когда-нибудь до неё дотянуться.
