Спорить было бесполезно. И Лариса покорно приняла шуршащий сверток с мармеладом, печеньем и какими-то голыми конфетками невероятного кислотно-желтого цвета.
– Кто же ко мне приходил в гости, Лара? – спросила ее Любовь Игоревна следующим вечером, когда они входили в спортзал. – Как зовут второго?
– Один точно Глеб. Второй Григорий, судя по регистрации в доме. Глебу тридцать два года. Григорию тридцать один. Они погодки. Фото не видела, – поспешила добавить Лариса. – Но если вы их всех пригласите на юбилей, разберетесь…
Глава 3
Дача Любови Игоревны перестраивалась неоднократно.
И даже однажды горела. Но случилось это много-много лет назад. Она даже не могла припомнить, по какой причине возник пожар и что конкретно сгорело. Но, взявшись отстраивать домик после того, как он пострадал в огне, женщина вошла во вкус. И все последующие годы что-то да вносила в архитектурный ансамбль двухэтажного строения с мансардой, крытой верандой на втором этаже и открытой на первом."
"Претерпевавшее многочисленные переустройства здание уже нельзя было назвать просто дачным домом.
Это был особняк. Имение, как любила говаривать Любовь Игоревна. И порядки она там ввела, как в имении. В барском поместье, уточняла она. У нее были и горничная, и садовник. В огромной кухне по старинным чертежам была выстроена печь, обложенная красивой плиткой. Лариса не могла припомнить, чтобы когда-то эта печь топилась. Просто была предметом интерьера, и все.
Еще имелась дюжина медных тазов и примусов. В тазах варилось варенье, делались джемы и повидло.
Раскладывалось в банки с красивыми яркими крышками и отправлялось в дар детскому дому, который располагался в соседнем районе.
И покер с соседями летними вечерами бывал. И затяжные чаепития. Лариса на них бывала редко. От города до дачного поселка было неблизко. И если она и выбиралась, то редкими выходными. Любовь Игоревна ворчала, но прощала. И всегда с нетерпением ждала осени и зимы, когда переберется с дачи в квартиру, и они возобновят свои походы в спортивный зал и на прогулки.
Выходной день, на который попадал юбилей Любови Игоревны, выдался, как по заказу, солнечным и теплым. Лариса была вынуждена надеть новый брючный костюм с туфлями на низком каблуке. Яркая шелковая блузка кораллового цвета все время норовила выползти из-под ремня брюк. Ее это бесило, она без конца ныряла ладошкой под ремень, заправляя скользкую нежную ткань. И мечтала поскорее переодеться в спортивный костюм. Но об этом пока только мечталось.
