Вдруг люди, в самом деле, приличные, а она выскочит из засады с пистолетом, уложит их лицом в клумбы. Конфуз? Еще бы! И хорошо, если они просто оскорбятся и не бросятся жаловаться.
– Брат вашего покойного мужа жив и здоров, – порадовала она соседку через пару дней после разговора в парке. – Живет себе в небольшом доме за городом.
– Как живет? Бедно? Богато? – пристала тут же Любовь Игоревна. – В прежние времена он обедал из золотых тарелок золотыми ложками. Занимал о-очень высокий пост в одном из министерств.
– Тарелки не проверяла.
Но возле дома проезжала, – призналась Лариса. – Дом как дом. В два этажа, с мансардой. Сад ухожен. Забор низкий, но добротный. Никого во дворе не видела.
– А что говорят соседи, Ларочка? Ты же не могла не поинтересоваться.
Любовь Игоревна взяла в руки изящную фарфоровую чашечку. Они как раз пили у нее вечерний чай. Была у них такая традиция. Выразительно глянула на молодую соседку.
– Поинтересовалась?
– Ну… Да, – нехотя призналась она. – Я говорила кое с кем. Отзывы, вопреки вашим утверждениям, положительные.
Пожилой мужчина живет один, вежлив с соседями. Живет скромно. По хозяйству ему помогает женщина из поселка. Что еще?.. Да, занимается спортом. Бегает трусцой по утрам.
– Хм-м… – недоверчиво выкатила нижнюю губу Любовь Игоревна. – Не прошло и четверти века, как он за ум взялся. В былые времена прожигал жизнь. Вечно вокруг него какие-то девицы крутились. Мой муж даже на семейные торжества его никогда не звал. Считал неприличным. А что, если мне и его вместе с Глебом пригласить на юбилей? Лара? Что скажешь?
– Не знаю.
Ваше право. Тут есть еще кое-что.
Лариса потерла переносицу. Ей страшно хотелось спать. И чая она не хотела на ночь. Утром глаза не открыть, отекут. Но уйти значило обидеть соседку. Этого она допустить никак не могла.
– Что? – Пожилая женщина пододвинула по столу в ее сторону вазочку с мармеладом. – Совсем не тронула. Вкусно же… Так что там еще?
– Во-первых, он не обладает скрипучим старческим голосом.
– Вот я сразу поняла, что не он звонит! – Глаза соседки загорелись азартом.
– А во-вторых?
– А во-вторых, у него два внука, Любовь Игоревна. И совершенно точно они осиротели после гибели родителей. Внуков не видела. По сведениям, живут в городе. Где – не знаю. Имеют ли недвижимость, которую предлагали вам в обмен, не знаю тоже. Но оба прописаны в доме у деда.
– Умница моя, – похвалила ее женщина, погладив по руке. – Но вот что мармеладками не угостилась, плохо. Ладно, с собой возьмешь.
