Фил Грэхем – звезда хоккея, особенно в наших краях, и в детстве я боготворил его, но когда Гаррет рассказал мне обо всем, я уже не могу слышать даже имя этого человека без желания воткнуть ему в грудь конек и повернуть. Что есть сил."
"Так что да, думаю, после того, как Гаррет поделился со мной подробностями своего паршивого детства, я бы мог поделиться с ним своими. Но я не сделал этого, потому что это не самая моя любимая тема для разговоров.
Но сейчас? Сейчас я устал держать все это в себе.
– Ты хочешь узнать о моей жизни здесь? – ровным голосом спрашиваю я.
– Опишу в двух словах: тут херово.
Гаррет опускает свою банку с пивом на колено и встречается со мной взглядом:
– Как так?
– Мой отец – старый алкоголик, Джи.
Он присвистывает:
– Ты серьезно?
Я киваю.
– Почему ты раньше мне об этом не говорил? – С огорченным видом Гаррет качает головой.
– Потому что в этом нет ничего такого. – Я пожимаю плечами. – Все так, как оно есть. Он то и дело срывается с катушек. А мы постоянно разгребаем его дерьмо.
– Поэтому вы с Джефом фактически сами управляете мастерской?
– Угу. – Я делаю вдох. Да пошло оно все! Если сейчас время признаний, нет смысла чего-то недоговаривать. – В следующем году я буду работать здесь на постоянной основе.
– Что ты имеешь в виду? – Гаррет хмурится. – Погоди, это из-за драфта? Я же уже говорил тебе…
Я перебиваю его:
– Я сам сделал так, чтобы меня не выбрали.
В глазах друга мелькают шок и обида, и его лицо становится мрачнее тучи:
– Блин, скажи, что ты не шутишь.
Я киваю.
– Почему, черт тебя подери, ты ничего не говорил?
– Потому что я не хотел, чтобы ты попытался уговорить меня передумать. В тот самый день, когда я получил стипендию на обучение в Брайаре, я уже знал, что не буду играть в профессиональный хоккей.
– Но… – Теперь он даже захлебывается словами. – А как же все наши мечты о том, как мы с тобой носим хоккейные свитера «Брюинз»?
– Это были просто мечты, Джи. – В моем голосе отражается все отчаяние моего будущего. – Мы с Джефом уже обо всем договорились.
Он работает здесь, пока я учусь, а потом мы меняемся местами.
– Это чушь! – снова говорит Гаррет. На этот раз с яростью.
– Нет, это жизнь. Джеф отпахал свое, теперь моя очередь. Кто-то должен, иначе мой отец потеряет свой бизнес и дом, и…
– И это его проблемы, – перебивает меня Гаррет, его серые глаза мечут молнии. – Не хочу показаться бесчувственным, но это действительно так. Ты не обязан заботиться о нем.
– Нет, обязан. Он мой отец.
