— Цветочки для бабушки принесла?
— Забыла, — спохватилась Вера и шлепнула ладошками по щекам.
— Ну вот… может, у мамы есть? — хитро прищурился Кирилл.
— Точно! Надо посмотреть. — Она нетерпеливо заерзала в его руках. — Пусти!
— Ну уж нет, — рассмеялся Кир, едва справляясь с егозой в руках. — Дождемся здесь.
Спустя пару минут Надежда подошла к ним, нежно чмокнула Кирилла в губы и, нахмурившись, посмотрела на дочь.
— Вера, ну что за поведение? Я же просила тебя не уезжать от меня далеко!
— А я не далеко, к папе.
— Девочка недовольно надула губы и прижалась к Киру.
— Все равно. Я же за тобой не успеваю.
— Я больше так не буду, — промямлила она виновато.
— Может, няню? — улыбнулся Кирилл, заботливо обнял Надю за плечи и коснулся губами виска. — Тебе уже тяжело, а она неугомоныш.
— Вот еще, справлюсь, — фыркнула Надежда, не желая даже слышать о посторонних людях для своих детей. Возможно, чуть позже, когда родится малыш, она и переменит свое решение, но сейчас была не готова даже рассматривать такой вариант.
— Уверена? — Он осторожно опустил дочь на асфальт и открыл калитку.
— Да.
— Мам, а цветочки для бабушки? — Вера сражу же спохватилась и начала дергать Надежду за рукав.
— Вот, держи, — терпеливо вздохнула и протянула ей белые розы
Вера сразу же принялась украшать могилу бабушки. Отрывала крупные шапки цветов и раскладывала их в только ей одной понятном порядке.
— Все-таки гены… — засмеялся Кирилл, наблюдая да ее действиями. — В три года еще не берут в художку?
— К сожалению, нет, — улыбнулась Надя и положила голову мужу на плечо.
— Жаль.
Вера воткнула последний цветок, заканчивая свой рисунок, и повернулась к родителям."
"— Мам, я хочу писать, — обреченно вздохнула она и потупила глаза в пол.
— Не-ет, — простонала Надежда, прекрасно понимая, что это значит. Дочь росла настоящей принцессой и соглашалась писать только лишь в проверенных местах, никаких улиц или не дай бог общественных туалетов.
— Ну мам, я очень хочу.
— В глазах девочки застыли крокодиловы слезы.
— Где наш надувной трон? — рассмеялся Кирилл, наблюдая над спектаклем дочери. Такой она становилась лисой, когда ей что-то было нужно и искусно вила из них веревки.
— В багажнике.
— Пойдем, Верунь. — Он поцеловал Надежду и протянул дочке руку. — Мама немного отдохнет и придет в машину.
— Да, идите, — облегченно выдохнула Надя и опустилась на скамейку.
Погладила памятник и улыбнулась одними уголками губ.
