— Мне плевать на него, понимаете? На него и его мамашу! Что будет с Таней? Выходит, Сергей добился своего? Он ведь понимает… Да и я сама…
Говорить не получается… Я скулю в динамик как раненое животное. Так больно мне, пожалуй, никогда не было. Я не пропащая мать, чтобы бросить ее в трудную минуту…
— Виктория, успокойтесь. Решать вам, как законному представителю Татьяны. Если вы не хотите этого ребенка, то…
— Я поняла, Давид. Таня дома?
— Да.
Вылетаю из подсобки, сталкиваясь с Дамиром. Судя по его раскрасневшимся с мороза щекам, он только что приехал.
— Она беременна. Она в отчаянии. Ей на все плевать. Дамир, они добились своего…
— Вик, переодевайся. Ты что-то успела приготовить?
— Все успела. Торт и пирожные в холодильнике, за исключением…
— Поставим на стоп. Я скажу Лилии, что тебе уехать надо.
— Дамир, куда мы поедем?
— Забирать Таню. Или ты хочешь подождать, пока она что-то с собой сделает?
— Нет, не хочу. Не прощу себе этого…
Мне плевать, что скажет Сергей… И чем они с Лыковой занимаются в нашем доме тоже.
Я везде ощущаю пульсацию… Будто в воспаленный нерв превращаюсь…
Голова болит, ноги немеют...
Голоса нет, дыхания… В горле горечь собирается от невыплаканных слез…
Влетаю в дом, цепляясь взглядом за кошмарную картинку…
Таня лежит на диване в гостиной. Бездыханная.
В ее ослабевшей руке пустой блистер от таблеток. На полу — лужица и опрокинутый стакан…
— Дамир! — ору я, но и так все понимает без слов.
Мчится к ней, подхватывает на руки, бьет по щекам…
— Дура! Что же ты наделала? Зачем? Зачем все это? Идиотка малолетняя, просыпайся!
Она испуганно распахивает глаза и виновато смотрит на меня…
А мне плохо… В глазах темнеет, из горла хрипы вылетают вместо слов.
Я не плачу и не вою… Я хриплю.
— Я уснула просто. Я… Я не пила их, я… Меня всю ночь допрашивали, я сначала хотела, но потом… Я передумала. Испугалась.
И плачет, плачет… Вырывается из рук Дамира, садится на краешек дивана и накрывает голову руками… Ревет как белуга.
— Собирай вещи, девочка. Немедленно. Ты переезжаешь жить к маме, — командует Дамир.
— Хорошо, — согласно кивает Таня.
Живая, господи… Она живая. Дамир обнимает меня и гладит по волосам. Целует в лицо, ищет взгляда…
— Тебе это зачем? — всхлипываю я. — Весь это кошмар? Зачем?
— Нужно, — коротко отвечает он.
Глава 22
Виктория.
Меня будто через мясорубку прокручивают… А поселившаяся в душе, бездонная тоска, как в воронку затягивает своих сестричек — бессилие, отчаяние, неверие…
С трудом осознаю, что делаю.
