Показался солдат с МР 40 на груди, вытолкнул из палисадника пожилого мужчину и засмеялся.
– Ипатий, что вы делаете? Куда нас тащат? – пронзительно кричала женщина. – Ты же сам из нашей деревни. Что творишь, ирод ты проклятый? Мы живём, никому не мешаем.
– А ну цыц, Глашка!.. Разоралась тут!.. Совсем не пуганная?.. Не боишься, что пристрелю?.. Не посмотрю, что у тебя детки малые, – гремел прокуренный бас. – Эй, граждане!.. Слушай сюда внимательно!.. Объявление делать буду!.. Чтобы через пять минут все собрались у амбара.
Господин офицер имеет к вам дружеское послание от трудового немецкого народа. Все, я сказал – и бабки старые, и детки малые. Кто не пойдёт – будет автоматически считаться врагом новой власти, и будет немедленно расстрелян. Ясно сказано? Да не бойтесь вы, не укусят вас господа немцы.
Очевидно, в акции принимали участие не только военнослужащие ваффен СС, но и новоявленные полицейские – они мелькали между избами, одетые в штатское с повязками на рукавах.
Новая власть доверила прислужникам оружие, которым они с удовольствием размахивали. Жители подчинялись: выводили из домов стариков, детей, семенили к амбару. Здоровых и крепких мужчин в деревни не осталось, только несколько калек – в основном это были женщины, дети и старики. Мелкие карапузы держались за подолы матерей, ревели благим матом, ковыляла старушка с распущенными седыми волосами. Цепочка сельчан растянулась, они взбирались к амбару, гневно выражалась простоволосая, моложавая баба в многослойной юбке, очевидно та самая Глашка.
Всех людей выгнали из домов, полицейские солдаты бегали по хатам, проверяя не остался ли кто. Потом потянулись из палисадников, зашагали к амбару полицаи – их было трое, забросили за спину карабины, пристроились в хвост эсэсовцам, не решаясь забегать вперёд хозяев.
– Что делать, товарищ лейтенант? – ёрзал от нетерпения Климов. – Смотрите, ведь всех собрали, ни одного мужика призывного возраста – одни калеки.
– В армии, все наши мужики. Думаете им немец собрание будет проводить? Да хрен там, постреляют всех к ядрени-фени. Это же эсэсовцы звери Айнзац команды или как там её?..
– Климов, заткнись! – проскрипел зубами Шубин. – Ждите приказа, не бросим мы своих."
"Он лихорадочно размышлял: «Проводить политинформацию и агитировать за власть немцы, скорее всего, не будут. Обычная карательная акция, один из элементов тактики выжженной земли.
