– Зачем они в Вязники поехали? – у Конторовича дрогнул голос. – Не к добру это, товарищ лейтенант. Что-то мне подсказывает, что мы не спросим дорогу.
– Отставить сомнения и предчувствия! По команде – через мост и в лес. Идём вдоль дороги, на проезжую часть не суёмся. Так, осмотрелись ещё раз… Встали… Пошли!
Девять человек схлынули с пологого склона, перебежали звонкую речушку и дружно растворились в кустарнике. Чуть её не отказала Конторовичу – немцы не проехали мимо Вязников, это была зондеркоманда СС. Именно в эту деревню, не обозначенную на карте, лежал их маршрут.
Видать имелся интерес к этой сквозной дороге и немцы решили зачистить её окрестности во избежание дальнейших инцидентов. Сквозь ворох растительности донеслась автоматная очередь, вразнобой закричали люди, заработал пулемёт. Ком подкатился к горлу, Шубин невольно притормозил.
– Товарищ лейтенант, что там происходит? – заволновался Климов.
– До опушки! – скомандовал Шубин. – Рассредоточится, из леса не выходить.
Разведгруппа пересекла дорогу, растворилась в кустарнике.
Шубин шёл левее, успел заметить ответвление от дороги в сторону деревни, до опушки оставалось метров двадцать, на краю леса сохла вырванная бурями растительность, топорщились пучки кустарника, дальше был пологий склон с каналами и буераками, вся деревня как на ладони. До плетня, опоясывающего околицу, метров сто пятьдесят, бурьян по пояс, остовы телег, насквозь проржавевший трактор, не выдержавший трудности коллективизации. Деревня была небольшой – от силы тридцать дворов.
Внизу за перелесками виднелось колхозное поле, заросшее сорной травой, справа, чуть ниже по склону – деревенский амбар, сравнительно крупное дощатое строение с островерхой крышей. Здесь и находилось в подразделение СС, замеченное у моста.
Происходило что-то страшное. Слева на склоне, где просто к дороге плевался в деревню, стоял Опель Блиц, судя по всему пустой, двери кабины были распахнуты – кому охота сидеть в машине, когда вокруг такая природа. Неподалёку, на травянистый лужайке стоял мотоцикл – двое немцев курили, лениво обмениваясь репликами, третий солдат, в украшенной рунами каске, сидел в коляске за пулемётом, ещё один мотоцикл расположился у амбара, там наблюдалась схожая картина – прохаживался офицер в фуражке, с лихо заданной тульей, наслаждался одиночеством и освежающим ветерком, постукивал прутиком по сапогу.
В деревне трещали выстрелы визжала баба, в палисадниках бегали люди, надрывно ревел ребёнок.
