В основном там были пейзажи, но также и несколько портретов. Неужели их нарисовал Бенедикт? Софи внимательно взглянула на маленькие буквы с завитушками. Очень похоже на ""ББ"".
Прерывисто вздохнув, Софи улыбнулась. Лицо ее озарила легкая улыбка. Она и представить себе не могла, что Бенедикт умеет рисовать. Леди Уислдаун ни словом об этом не обмолвилась. Неужели не знала? Скорее всего нет, иначе наверняка написала бы об этом в своей газете.
Пододвинув этюдник поближе к свече, Софи принялась его листать. Ей очень хотелось посидеть подольше и как следует рассмотреть каждый рисунок, но она посчитала это неприличным.
А вот в том, чтобы просмотреть все рисунки вскользь и удовлетворить свое любопытство, ничего зазорного нет, решила она."
"Пейзажи были самые разнообразные. На одних был изображен ""Мой коттедж"" (а может, ей следует называть его ""Его коттедж""?), а на других - дом больших размеров. Должно быть, загородный дом Бриджертонов, решила Софи. На большинстве пейзажей вообще не было архитектурных сооружений, лишь журчащий ручей, или гнущееся под ветром дерево, или залитый дождем луг.
И самое поразительное в этих рисунках было то, что момент был схвачен потрясающе правдиво. Софи могла поклясться, что слышит журчание ручья, шорох листьев на дереве.
Портретов было меньше, однако они показались Софи еще интереснее. На нескольких была изображена, по всей видимости, младшая сестренка Бенедикта, на других, должно быть, его мать. Больше всего Софи понравилась картина, на которой были изображены братья и сестры Бриджертон, играющие на лугу в какую-то игру.
В руках у них были длинные молотки. Лицо одной из девушек, изображенных на переднем плане, выражало непреклонную решимость забросить мяч в ворота.
Софи оглянулась. Бенедикт по-прежнему безмятежно спал в своей кровати. Понимает ли он, как ему повезло родиться в такой большой, любящей, дружной семье? Как бы ей хотелось тоже иметь братьев и сестер!
Вздохнув, Софи пролистнула еще несколько страниц? пока не добралась до последней страницы альбома.
На ней был изображен карандашный рисунок, отличавшийся от всех остальных. Ночь. Женщина сбегает по лестнице, подобрав юбку…
И внезапно Софи как громом поразило. О Господи! Да ведь это же она!
Она поднесла рисунок поближе к глазам. Бенедикт великолепно нарисовал платье, не упустив ни одной, даже самой крошечной, детали, - то самое потрясающей красоты серебристое платье, которое принадлежало ей лишь один-единственный вечер.
