Прошу, дождись меня.
Он поднял голову, и слезы в его глазах казались зеркальным отражением моих. Наши губы нашли друг друга, соприкоснулись, жадно стремясь к более тесному контакту. Было бы так легко поддаться…
– Я не могу, – выдохнул я. – Не могу…
«Ждать под фонарем. Держаться или отпустить. Сберечь себя или уступить».
Сайлас с проклятием отстранился и вытер глаза рукой.
– О чем ты говоришь? Все… кончено?
– Не знаю. Но пока ты не скажешь отцу правду, больше ничего не будет. Потому что, если мы продолжим… целоваться и спать вместе, а потом ты выберешь… – я сглотнул подступившие к горлу слезы.
– Если ты решишь вернуться к прежней жизни, я просто не выдержу.
– Нет. Я к ней не вернусь.
«Да ты все еще ею живешь».
Сайлас прочитал мои мысли, увидел их в моих глазах. Он снова выругался сквозь зубы и сделал небольшой круг по комнате.
– Я в ловушке. Если уйду из компании, значит, повернусь спиной к тем несчастным. Но если я не порву с отцом, то потеряю тебя, верно? В этом смысл?
– Нет, – проговорил я. – Ты порвешь с ним и спасешь себя.
И ты найдешь другой способ помочь…
– Какой?
– Не знаю. Когда ты решишь, чего же хочешь в жизни, он обязательно найдется. Уж поверь. Всю свою жизнь я стремился найти счастье. Но мне его не досталось. И пришлось уйти, чтоб его отыскать. И я нашел новую семью, которая любит меня таким, какой я есть. Ты тоже так сможешь. Выбери другую жизнь. И меня, Сайлас. Я буду любить тебя за то, какой ты, и у нас появится возможность стать счастливыми.
Во взгляде его отразилось смятение.
Я чувствовал, что слова нашли в нем отклик, и он очень хотел мне поверить. Но потом взгляд Сайласа стал жестче, и он покачал головой.
– Я так близко. Я почти поймал Милтона. Черт возьми, Макс, мне просто нужно еще немного времени.
– А что в это время делать мне? – потребовал я, разочарование и боль вырвались наружу. – Хочешь, чтобы я прятался в твоей квартире, скрываясь в соседней комнате всякий раз, как позвонят в дверь? А по ночам трахался с тобой? Или устроил очередной минет на углу улицы? Я не похож на запорный клапан.
И не создан для того, чтобы всякий раз, когда почувствуешь необходимость, ты мог показать свою гомосексуальность, а затем вернуться к жизни без меня.
– Это совсем другое. Той ночью с тобой… – на его щеке дернулся мускул. – Черт, та ночь казалась всем на свете. Но на карту поставлено гораздо больше, чем хочу я или кто…
– Кто именно?
Сайлас стиснул зубы.
– Если я не возьму контроль над фирмой, на кону тысячи… сотни тысяч жизней.
