Его подбородок по-прежнему лежал на моем плече, а отросшая за день щетина едва касалась щеки. Я чуть обернулся и увидел, что глаза его закрыты. Он выдохнул и открыл их, поймав мой взгляд.
На его лице вновь возникло застенчивое выражение, которое лишало меня самообладания.
– Не отвлекайся, Кауфман, – проговорил он низким гортанным голосом.
А потом он начал играть, и его – наши – пальцы медленно двигались по клавишам.
Он несколько раз начинал заново, пытаясь удержать мои руки, лежащие сверху, но через какое-то время мы вошли в ритм.
Достигли гармонии. Его руки стали продолжением меня. Я чувствовал его под собой и вокруг себя, ощущал музыку и его намерения. Сердце Сайласа билось у меня за спиной, словно метроном, по которому я отсчитывал ритм.
– Что мы играем? – спросил я.
– «Лунную сонату», – ответил он. – Бетховена. – Не пропустив ни одной ноты, он коснулся губами моего уха. – У тебя хорошо получается.
Все умные слова вылетели у меня из головы. Я просто благоговел перед его мастерством, которое теперь ощущал прямо под своими ладонями.
Как будто бы я держал кисть, а Пикассо двигал моей рукой по холсту.
– Сейчас будет быстрее, – предупредил он.
И, черт возьми, он сумел. Пальцы Сайласа танцевали по клавишам потрясающе быстро и точно, даже несмотря на вес моих рук. Я закрыл глаза и почти смог представить, что заполнившую комнату невероятную музыку сотворил я.
Потому что так и было. Сайлас подарил ее мне. Он разделил со мной живущую в нем музыку, сделал меня ее частью.
Я в жизни не желал ничего сильнее, чем этого момента и тысяч ему подобных. Целую жизнь, полную единения… начиная с этой ночи.
Я чуть сдвинул руки вниз, переплетая наши пальцы. Он перестал играть, и в квартире внезапно повисла тишина. Затишье перед бурей. Я обвил вокруг себя руки Сайласа и прижался к нему, тая в его объятиях.
– Макс… – хрипло прошептал он и прижался лбом к моей спине. Даже через футболку я чувствовал тепло его дыхания на своей коже.
Я закрыл глаза, наслаждаясь этим ощущением. Жужжанием электричества, за мгновение до того, как появится искра."
"Несколькими восхитительными мгновениями между чирканьем спички и вспышкой пламени.
ГЛАВА 23
СайласМакс заглушил музыку и обнял себя моими руками. Я уткнулся лицом ему в спину, наслаждаясь твердостью мышц. То, что такой парень вообще появился на свет и захотел иметь со мной дело… казалось просто чудом.
Какое-то время мы сидели молча.
