Просто ненавижу попусту тратить деньги. Да и зачем беспокоиться о потере того, что я мог бы заменить по щелчку пальцев.
Макс усмехнулся.
– Без комментариев.
Я не мог сказать Максу, что на деньги, находящиеся в распоряжении семьи Марш, мы могли бы купить целый парк автомобилей по триста тысяч долларов; прозвучало бы как хвастовство. Многие понимали, что миллиарды – это большие деньги, но не могли осознать насколько. Как и знание того, что Вселенная «большая», не давало возможности оценить ее необъятность.
Наши деньги были словно космос. Их всегда казалось больше.
– И вообще, я не смотрел этот фильм.
Он разинул рот.
– Ты не смотрел «Ферриса Бюллера»? Как такое может быть?
– В детстве нам не разрешали слишком много смотреть телевизор или фильмы. Папа заставлял меня заниматься днем и ночью. В свободное время мама хотела, чтобы я научился играть на пианино и читать. Так что занятий хватало. Я немного наверстал это в школе-интернате и колледже.
Но, вообще, если фильм сняли до 2000 года, вероятнее всего, я его не видел.
– Твоя мама, наверное, очень бы тобой гордилась.
Я чуть улыбнулся.
– Кто знает.
Мы шли по переполненным магазинчикам и торговым рядам «Пайк-Плейс». В воздухе висел запах крабов, смешиваясь с рыбным духом кипящей воды. Казалось, каждый, кто держал в руках мобильный телефон, вот-вот собирался сделать снимок. И у меня руки чесались натянуть капюшон на голову.
Заметив, как я в десятый раз дергаю за него, Макс поднял взгляд и посмотрел прямо перед собой.
– Надень капюшон, Сай, если тебя это так заботит.
– Дело не… не в тебе, – проговорил я. – Это из-за папарацци. Я не хочу повторения того обеда. Ненавижу вторжение в частную жизнь. И это…
– Что?
Я сорвал с себя солнечные очки и помахал ими в сторону фургончика с крабами.
– Разве тебе не хочется, как нормальному человеку, взять ведро крабьих ножек и запить их ведром пива? Без пагубных привычек.
Не думая дважды. Просто… жить?
Макс взглянул на рыночную площадь, на магазинчики сладостей с бочонками ирисок на тротуаре. Воздух наполняли ароматы кофе и шоколада, смешиваясь с соленым запахом залива. Над головой кричали чайки, а по дорожкам взад-вперед сновали толпы туристов.
– Это жизнь, – проговорил он и перевел взгляд на меня. – Вот она.
Мы пристально смотрели друг на друга. Я почувствовал, как в груди перехватило дыхание.
