Но тот быстро овладел собой и махнул рукой.
– Иди на кухню, там тебя накормят.
Гонец стремительно выскочил из комнаты, радуясь, что легко отделался – с герцога стало бы и сорвать на нем свое раздражение.
А герцог откинулся на спинку кресла и отрешенно уставился куда-то вдаль. В отличие от всех остальных заговорщиков он сразу понял, что это значит. А учитывая, что королеву и принцессу так и не удалось отыскать, то… Весь план… весь тщательно продуманный план вдруг рухнул, как-то незаметно и совершенно непонятно почему.
Король, вместо того чтобы сломя голову мчаться в столицу и попасть под сдвоенный удар армий герцогов Нинсельского и Эндорского, а еще гарнизона Родердона и перешедших на сторону заговорщиков частей королевской армии, сидит себе у границ Эндории и сдерживает наступление Эриха, который в результате не может прийти на помощь заговорщикам. В довершение армия нового герцога каким-то чудом успевает к столице раньше герцога Нинсельского, и более того, полностью разбивает далеко не слабую его армию.
Да, столицу удалось занять, но… а что толку? Семьи короля нет, а значит, торговаться с королем нечем, сам король заперся в окружении верных людей и явно никуда идти не собирается. Все говорит о том, что о заговоре король знал и Алазорский с Танзани даже приняли меры, привлекши на свою сторону нового герцога…
Надо на что-то решаться, но на что? Сын… Его сын сейчас в столице… Все же не надо было поручать это дело ему, уж герцог знал, что его сын далек от того идеала, который ему хотелось бы видеть.
Но он надеялся, что с таким простым делом, как захват семьи короля, он справится, тем более все было на его стороне.
Герцог с кряхтением поднялся, хлопнул в ладоши. На звук тотчас в комнату вошел слуга, поклонился.
– Вели закладывать экипаж и подготовь все к немедленному отъезду.
– Его светлость отправляется в Родердон?
– Какой Родердон?! – Вопрос слуги, пусть и доверенного, рассердил герцога, напомнив о происходящем.
– Нет. Мы едем в королевскую ставку… Необходимо выразить королю поддержку в этот момент всеобщей измены. Даже мой сын поддался чарам этих негодяев Лодерских… Буду просить о милости.
Только на мгновение на лице слуги мелькнуло удивление… мелькнуло и исчезло. Он уже не первый год и даже не первый десяток лет знал герцога и знал, какими извилистыми путями порой идут его мысли."
"– И еще. – Герцог поднял голову.
