Иришин папа нравился мне все больше.
Взяв чайник, я наклонила его над чашкой и случайно капнула гостю кипятком на колено.
– Ой, – дернулся Родион.
Я с удивлением глянула на него.
– Вам неприятно?
– А вы встречали человека, спокойно наблюдающего, как кипящая вода льется ему на ногу? – ухмыльнулся Гвоздь.
– Я слышала, вы не чувствуете боли.
Родион с интересом покосился на меня, потом задрал до локтя левый рукав и, продемонстрировав несколько круглых шрамов, спросил:
– Вы имеете в виду эту историю?
Я кивнула.
Гвоздь взял чашку и причмокнул от удовольствия.
– Чаек в самый раз, терпеть не могу слабозаваренный. Вообще, ничего слабого не люблю, и мужиков уважаю крепких, и женщин. А насчет боли! Не верьте, я такой же, как все.
– Но штыри в руке!
– Так фишка легла, – спокойно пояснил Родион, – либо я их, либо они меня. Впрочем, их было больше, и находились они на своей территории, вот и пришлось удивлять.
– Это же жутко больно!
– «Что тела боль, когда душа рыдает и смерти ждет», – ответил Родион, прихлебывая чай.
Я чуть не свалилась со стула. Бывший уголовник запросто цитировал Шекспира.
Не замечая или делая вид, что не замечает произведенного впечатления, Гвоздь преспокойненько говорил дальше:
– Аня – моя первая любовь, пожалуй, единственная за всю жизнь. Только не подумайте, будто я веду монашеский образ жизни, но Нюша значит для меня очень много.
– Что же вы не женились на ней, ведь, кажется, и девочку любите?
Родион ласково улыбнулся:
– Ариша – копия матери в семнадцать лет, но у нее видны и кое-какие мои черты.
Все эти прически, кольца, губные помады и шмотки – ерунда. Женщине надо самоутвердиться, и уж лучше пусть это произойдет в ранней юности. Иначе после сорока спохватится, и тогда – беда, в разнос пойдет. А так перебесится вовремя и забудет. Так что не обращайте внимания, главное – внутренний стержень, а он у Иришки есть."
"– Я их не ругаю и не бью сапогом каждый вечер.
– Знаю, – кивнул гость, – да вы сами дама модная, татуировочка у вас отличная.
Я машинально прикрыла горло и смущенно пояснила:
– Это переводная картинка.
Иришка наклеила, никак не сходит, чем только не мыла…
Гвоздь хмыкнул:
– По мне так даже красиво и неожиданно. Вам идет.
– Ага, только представлю, что люди думают…
– Ничего, кроме зависти, они не испытывают, – спокойно пояснил Родион, – злятся оттого, что не решаются сами на подобный экстравагантный поступок. «Старики любят давать умные советы потому, что не способны на дурные поступки».
