Я немедленно принялась за дело. Свитерок болтался на мне, будто мешок на палке. У Иришки высокая, аппетитная грудь, у меня же она еле-еле тянет на первый размер. Я всегда завидовала дамам с пышными формами и научилась ходить, как балерина, с абсолютно прямой спиной, чтобы выглядеть чуть-чуть покрупней. Вот ведь странность, другие женщины изводят себя диетами, тайскими таблетками и шейпингом. Результат у несчастных, как правило, нулевой. Стоит один раз поесть по – человечески, и стрелку весов зашкаливает. Я же спокойно лопаю на ночь восхитительную шоколадку «Красный Октябрь» и просыпаюсь, похудев на полкило.
Ей-богу, господь большой шутник, он никогда не дает человеку того, что тот хочет. Мне не нужна худоба и наплевать на фигуру, но мои параметры, как у манекенщицы – 88-56-88, только рост подвел. Другая же все отдаст за плоский живот и в результате весит около двух центнеров.
Продолжая философствовать, я запихнула в лифчик огромные куски ваты, стало чуть лучше. Теперь я походила на золотушного подростка с силиконовыми протезами.
С юбкой тоже беда. Я влезла в нее, не расстегивая пуговиц, и она тут же свалилась на пол. В принципе можно было поискать что-нибудь другое, но я с упорством осла пыталась приладить юбку на себя. Наконец я сообразила. Нацепила плотные колготки и обмотала талию несколько раз полотенцем. Юбка села как влитая, свитерок спустился почти до бедер. Вид замечательный. Жутко накрашенная бабища неопределенного возраста, грудь, живот и талия у которой слились в один ком, и из-под слишком длинной юбки торчат две тонких ноги в больших тапочках.
При росте около метра шестидесяти я ношу полный тридцать девятый размер обуви.
Оставшись довольна результатом, я схватила телефонную трубку и набрала номер галереи.
– Слушаю, – ответил мелодичный женский голос.
– Позовите господина Дубовского.
– Минуточку.
В мембране зазвучала бодрая музыка, мотив повторялся бесконечно и мог довести человека с моим музыкальным слухом до полного паралича. Наконец раздался сочный бас:
– Алло.
– Господин Дубовский?
– Он самый.
– Извините за беспокойство, – заблеяла я, – но мне сказали, что вы коллекционируете бабочек…
Леня молчал, в трубке слышалось его напряженное дыхание.
– Простите, – снова завела я, – я преподаю в школе биологию и тоже интересуюсь бабочками, имею некоторые очень недурные экземпляры, но жалованье у меня маленькое, сами понимаете, бюджетница, нам мало платят, а бабочки замечательные.
– Что вы хотите? – прервал меня Леня.
