На службу нужно приходить к десяти, скажут, опоздала три раза – и все, трудовую дисциплину никто не отменял. А Андрей…
Она махнула рукой.
– Отдайте дневник, Никита хотел за него десять тысяч, это, думаю, хорошая цена.
– Что же ваш приятель такой мерзавец оказался?
– Я никогда не дружила с Китом, впрочем, Андрей тоже, их только дела связывали. Никита жутко, патологически жадный, вам даже трудно представить, какой. У них в ванной всегда лежало мыло, из обмылков слепленное, представляете?
– Как это?
– Ну, когда мыло заканчивается и остается крохотный кусочек, такой, что и в руки не взять, что вы с ним делаете?
– Выбрасываю, естественно.
– А Никита брал новый кусок и примыливал к нему обмылок, чтобы ничего не пропало. Пустой тюбик зубной пасты он разрезал и выскребал остатки, ужинать старался в гостях и пилил Жанну за рваные колготы. Это он ее все время под мужиков подкладывал. Жанночке не хотелось, а Кит настаивал, пару раз даже колотил ее, сволочь он. Нашел после Жанкиной смерти дневник и решил подзаработать!
– Малышева давно вела записи?
– Я вообще не знала, – сердито заявила Лера, – она скрытная, все даже мне не рассказывала!
– Может, никакого дневника нет?
Валерия молча повертела нож, потом ответила:
– Есть, откуда бы Никита узнал про мою болячку, и потом, вы его тоже читали, не притворяйтесь.
Я залпом выпила стакан минеральной воды и решилась:
– Лера, только не нервничайте. О дневнике я услышала случайно, в супермаркете, когда вы разговаривали с Никитой по телефону.
О вашей болезни мне рассказала доктор Мелкумян, только не упоминала о СПИДе. Об иммунодефиците вы мне сами сейчас проговорились. Дневник я не читала и в глаза не видела."
"Валерия покраснела, потом из ее глаз хлынули потоком слезы. Прозрачные капли падали на стол, на неаппетитно выглядевшую пиццу, исчезали в чашке с кофе. Мне стало безумно жаль ее.
– Лера, не волнуйтесь, Кит мертв, а я не болтлива, сохраню вашу тайну, считайте, что я уже все забыла.
– Дневник, – прошептала Валерия, – кто-нибудь его прочтет…
– Ну и что?
– Там четко все про меня написано.
Хотя со стороны Жанны было подло доверить бумаге чужой секрет.
– Секрет вообще никому не следует рассказывать.
– Знаете, как трудно носить в себе такое!
– Успокойтесь. Ну написано, и что? Там есть результаты анализов?
– Нет, конечно.
– Тогда смело отвечайте – глупости, выдумки, фантазии. А Андрею расскажите, он любит вас и воспримет неприятное известие не так, как вы думаете.
