Здравый смысл требует отойти в сторону, а вот душа молит «Не отпускай!».
Подскакиваю с кровати. Подхожу к окну. Смотрю на двух ротвейлеров, бегающих по двору, и еще раз убеждаю себя отступить.
«Можно мне остаться у племянника нянькой?» — Так и скажу ему. А еще…
Подбираю еще сотню доводов, способных убедить любого. Даже меня.
Нам не стоит переходить границы дозволенного. Разумнее придерживаться рабочей схемы «заказчик-исполнитель». Так будет лучше для всех. В первую очередь для Марка.
Но когда на пороге детской перед самым купанием появляется Назарет, все мои глубокомысленные суждения летят к чертям.
Мне остается только покрепче прижать к себе Марка. Прикрыться ребенком, чтобы не броситься на шею его отцу.
Смотрю на высокого мужчину в белой майке и потертых джинсах. Перевожу взгляд сначала на мокрые черные волосы, зачесанные назад, а затем, избегая пронзительных голубых глаз, опустив голову, пялюсь на босые ноги. И понимаю, что пропала. Какие там увещевания? Какие доводы?
— Ты готова? — после купания малыша спрашивает меня Сергей, самолично укладывая сына в кроватку.
Киваю молча, не в силах вымолвить и слова. Чувствую, как воздух в комнате накаляется. Еще немножко, и рванет.
— Радио-няня где? — интересуется Назарет равнодушно.
Показываю на тумбочку.
— Отлично, — довольно хмыкает он и, сунув маленькое белое устройство в карман джинсов, подхватывает меня на руки.
— Я слишком долго ждал, Линара, — шепчет мне на ухо. И от этого тихого с легкой хрипотцой голоса меня охватывает сильная дрожь.
— Вижу, и тебе не терпится, — замечает довольно и, словно викинг с пленницей, спешит к себе в спальню. Осторожно кладет меня на кровать и тянет поясок платья.
— Что тут у нас?
Пальцы Сергея довольно споро отводят в стороны полы платья-халата, и взгляд натыкается на белье. Скромный белый комплект, купленный незадолго до Жанкиных родов.
— Я боюсь, — шепчет Назарет. — Мне кажется, ты такая невинная.
— Ошибаешься, — улыбаюсь смущенно.
— А сколько у тебя мужиков было? — внезапно отстранившись, грозно спрашивает Назарет, и я вижу, как по его лицу пробегает суровая тень.
— Да меньше, чем у тебя баб, — огрызаюсь я и пытаюсь встать. — У нас свидание или допрос?
— Линара, прости, — поспешно шепчет Сергей, обнимая меня и не давая уйти. — Когда ты рядом, мне всякая дурь в башку лезет. Давай перекусим, а потом вместе примем ванну. Идет? Ты хоть немного привыкнешь ко мне. А то я веду себя как дикарь… Сам удивляюсь. Даже толком не поухаживал за тобой.
