Неужели Алёна думает, что у нее девять жизней? Или сколько их там у нее осталось? Надо будет уточнить.
Достав сигареты из бардачка, я выхожу на улицу, меняя точку обзора. Набираю Ласке короткое сообщение с благодарностью, что согласилась подрабатывать моим тайным шпионом. Три дня не видел Алёну, а такое чувство, что три месяца.
Чиркаю зажигалкой и затягиваюсь сигаретой, думая о том, что спорт и тренировки опять отошли на второй план, а на носу важный бой. Но меня не бугай с ринга в нокаут отправит, а девушка весом от силы пятьдесят пять килограммов.
В такой исход с каждым днем верится все сильнее.
Отвожу взгляд от Алёны и перевожу его на пацана. Путь к сердцу цветочка лежит через этот дремучий лес под названием «Андрюша». Если пройду темную чащу, то увижу солнечный свет. Возможно. Судя по тому, что я услышал от Насти, это не ребенок, а ходячая катастрофа. Правда, женщины любят всё преувеличивать. Но тут, похоже, без прикрас обошлось, даже наоборот. Потому что мальчишка весь в ссадинах и шрамах, с гипсом на руке и диким замораживающим взглядом, как у Алёны.
Стабильно раз в два или три месяца «Андрюша» посещает больницу. Потенциал ого-го. Маленький Эрик в действии. Неужели цветочек такая же в детстве была? Нужно уточнить, у нее или ее брата никаких способностей в роду не было? А если ребенку передалось? Упаси боже иметь трех шизанутых в семье. Не вытяну.
Спустя еще двадцать минут наблюдений нахожу слабое место пацана. Нет, что-то общее у нас с «Андрюшей» определенно есть.
Разница лишь в том, что я ласковый и нежный тигренок, а не серьезный насупленный лев, который всех и вся отгоняет от своей добычи.
Но я готов стать свирепым хищником. Ради этих двоих.
Алёна сидит на лавочке рядом с песочницей и наблюдает за детьми. На ее лице застыло умиротворенное выражение. Красивая такая. И не я один замечаю эту красоту. Чей-то папаша тоже с Алёны взгляда не сводит. Нужно подойти и слюни ему подтереть. А если бы не дети на площадке, то я бы еще и синих теней под глазами добавил.
Чтобы на мать своего ребенка смотрел, а не по сторонам и на чужих женщин.
Сняв с себя пиджак и закатав рукава рубашки, иду на площадку к Алёне. Как ни в чем не бывало присаживаюсь рядом и тут же чувствую, как цветочек напрягается, увидев меня. Выпрямляет спину и прищуривает глаза.
– Ян, – недовольно выдыхает Алёна. – Зачем? Андрей тебя сейчас увидит, и мне на весь вечер гарантировано его хорошее настроение. Естественно, хорошее – в кавычках.
