Мы еще не переехали, а в квартире, мама сказала, что не разрешит завести тебе собаку, – обвожу глазами гостиную.
– Большую купишь? Точно? – выпрашивает хомяк свой трофей, поймав меня однажды на слове.
– Самую огромную, – заверяю его.
На деле же куплю какого-нибудь пекинеса и скажу, что через год он вырастет сенбернаром. Что поделать, повсюду в наше время встречается брак. Вот и Андрюшу эта печальная участь не обойдет стороной.
– А мне нравится баба Дина, она кормит меня мороженым и покупает собак, – вдруг переводит тему хомяк.
Спасибо, мам, что не настоящих. Однако делаю пометку в голове “Не оставлять Андрея с отцом”, а то тот может назло купить хомяку овчарку. К сожалению или счастью, Артуру Ремовичу нет дела до своих детей и внуков, если это не касается инвестиций. Сейчас все темы и разговоры только об акциях Гончарова. Отчасти я даже начинаю понимать мать, которая ушла с головой в благотворительность и чужие проблемы. Энергии и амбиций с обеих сторон много, а возможностей реализовать себя мало: мы с Эриком не особо торопились с семьей все эти годы.
– Собери со мной вот этот конструктор, – Андрей достает из-под дивана сломанный автомобиль и отвертку.
Осмотрев плоды его трудов, в лишний раз убеждаюсь, что с выдержкой и терпением у этого ребенка, примерно, как у меня – тяжело.
Поднимаю запястье и смотрю на часы.
– Ну давай, – соглашаюсь я. – Пока мама собирается.
Срочно нужно смещать акценты хомяка, чтобы он не рос эгоистом и организовать ему братика или сестренку.
Алёна появляется в гостиной спустя полчаса в красивом черном платье с открытой спиной, распущенными волосами и неброским макияжем.
У меня дух захватывает от ее вида и я зависаю на несколько мгновений с открытым ртом и отверткой в руке. Громко сглатываю и продолжаю изучать цветочек по второму кругу.
С первой нашей встречи Алена заряжает меня эмоциями, от которых внутри все пульсирует и горит.
– Я готова, – произносит она и, заметив мой взгляд, поворачивается вокруг оси несколько раз. – Не сильно вызывающе?
– В самый раз, – ухмыляюсь я, предвкушая, как избавлю цветочек вечером от этого красивого платья.
– Ты неисправим, – Алёна закатывает глаза, правильно истолковав мои намеки и взгляд. – Все мысли только об одном.
Неисправим, это точно. Даже спорить не стану. Как и то, что рядом с Аленой только и думаю, как бы затащить ее кровать. Разве это плохо?
– Долго будет идти твоя встреча? – уточняет она.
– Сколько бы не длилась, у нас ночью явно будет дольше.
