У меня сегодня начались месячные и врач сказала, пока я не пропью курс препаратов, то ее наступление маловероятно. Крайне маловероятно, – подчеркивает слабым голосом.
– Я в курсе, – подхожу ближе и присаживаюсь рядом, обнимая цветок за плечи.
Алёна дрожит. Лоб покрылся испариной. Да что такое? Напасть за напастью. Два дня назад хомяк лежал пластом почти сутки, теперь Алёна на очереди. Лишь бы меня не свалило следом за ними. Нужно кучу дел переделать и за ними приглядывать. Мне некогда в кровати валяться.
– Сильно плохо?
– Терпимо.
Андрей, похоже, опять принес какую-то инфекцию. Я часто от него что-то прихватываю. Лишь бы не кишечка, а то будет нам переезд…
– Здесь три часа лету. Как-нибудь доберемся. А пока есть время выхожу вас, – заверяю Алёну.
Цветочек печально вздыхает.
– Пошли, полежишь, – веду ее в спальню. – Три дня на ногах и без отдыха. Совсем загоняла ты себя, цветок. Ульянова могла бы по доверенности сама все дооформить и не дергать тебя лишний раз.
– Могла бы, – соглашается Алёна.
– Но я столько сил вложила в эти секции. Захотела помочь. Ты вон тоже сказал, что ушел из компании, а по факт из ноутбука не вылазишь и бумажки все время перебираешь.
Отложив на чуть-чуть дела, прикладываюсь на кровать рядом с Аленой и не замечаю, как проваливаюсь в сон. Просыпаюсь от того, что цветок гладит меня по голове и жмется всем телом к моему. Такая горячая.
Беру часы с тумбочки и смотрю на время."
"– Черт, – убито прикрываю глаза, понимая что “чуть-чуть” растянулось на три с лишним часа, а у меня сегодня конь не валялся и работы дохерища.
Состояние разбитое и, кажется, пора доставать триптаны – мигрень на пороге. Правда, напасть какая-то.
– Может, отложим поездку? – Алёна ведёт острым ноготком по моей коже и нежно целует в шею. – Ты тоже выглядишь неважно.
– Может, и отложим, – останавливаю ее руку.
Без допинга не потяну сейчас такие нагрузки. Впрочем, если не напрягаться...
– Кому-то нравится быть главной, да, цветочек? – усмехаюсь я, когда Алёна садится на меня сверху и упирается руками в мою грудь.
От недомогания Алёны, судя по озорному блеску в черных глазах, не осталось и следа.
– Это единственная возможность доминировать. Ты жуткий собственник и ревнивец, знал?
– Конечно, – ухмыляюсь я и мои руки автоматически оказываются на бедрах Алёны. Обхватив их, я вжимаю цветок в свою эрекцию, забыв о разбитом состоянии. – А ты?
Вместо ответа Алёна стягивает через голову футболку, обнажая грудь и наклоняется к моему лицу.
