Или цветочек задело присутствие полуголой бывшей в моей квартире? Тряхнув головой, убираю от Алёны руки, которая громко дышит.
– Открой дверь и дай мне уйти. Приезжать сегодня не нужно, – быстро выпаливает она.
Вот, блядь, и приплыли.
– А завтра? – чувствую, как адреналин опять нарастает внутри.
Всматриваюсь в Алёну внимательнее, но она тут же опускает взгляд. Что ты успела себе напридумывать, цветочек?
– И завтра тоже. Мне нужно побыть одной.
Вот и как быть? Отпускать ее не хочу, напирать страшно. Хоть внезапный приступ изображай, чтобы Алёна осталась и не начала придумывать в одиночестве какие-нибудь несуществующие глупости на мой счет.
36 глава
– Открой дверь, Ян, – повторяю, когда Багдасаров долгое время стоит без движения и смотрит на меня чуть прищуренным взглядом.
– Если тебе так неприятно, то больше не прикоснусь. Но и из квартиры не выпущу. Иди, приводи эмоции в порядок, а потом возвращайся. Желательно с четкими претензиями. Я пока поработаю. – Ян разворачивается и идет вглубь квартиры.
Эмоции в порядок? Это шутка такая?
Слова и поведение Хулио дико раздражают в это мгновение.
Мало того, что я застала в его квартире полураздетую девицу, так Ян еще и ведет себя, словно это для него в порядке вещей, а он каждый день оказывается в подобных ситуациях. Не хочу проводить такие параллели, нельзя этого делать, но Слуцкий в свое время тоже вешал мне лапшу на уши и любил все проблемы решать через постель, говоря при этом не принимать какие-то нюансы из его жизни близко к сердцу.
– С четкими претензиями? – цежу сквозь зубы, а руки невольно сжимаются в кулаки.
– Да, – бросает Ян через плечо. – Именно.
Смотрю вслед удаляющейся фигуре Багдасарова, думая о том, что ничего не меняется с годами. Не Хулио, а Хамло.
Ян скрывается в гостиной и наступает тишина. Поиски ключа ни к чему не приводят. Скорее всего Багдасаров их спрятал в карман. Сделала сюрприз, называется. Лучше бы не приезжала, чтобы ничего не видеть и не слышать. Даже слова его бывшей, что я незримо присутствовала в их жизни с Яном меня не успокаивают.
А бешусь я из-за того, что чуть что Хулио засовывает свой язык мне в рот и тащит в койку, ведя себя как неотесанный неандерталец. Интересно, он со всеми такой? Судя по тому как пялился на грудь бывшей, – да. В жизни бы не подумала, что я такая ревнивая. В этом, похоже, основная причина моего уязвленного самолюбия и гнева, который не получается обуздать.
Прохожу на кухню и сажусь на подоконник. Смотрю на свет фонаря, стараясь отвлечься.
