– Мама приболела, – снова повторяю, как попугай. – Пару дней придется делать вид, что нам нравится друг с другом общаться, чтобы ее не расстраивать. Окей? – предлагаю я.
– Нет, – летит в ответ.
Андрей тоже замечает Алёну и, вскочив на ноги, бежит к ней. Обнимает за ноги. Вот же симулянт мелкий.
– Мам, ты приболела? Он не обманывает? – ластится к ней, как кот.
– Немного, – растерянно отвечает Алёна, но отлично справляется со своей ролью, подыгрывая мне.
– А Настя? Она уедет сегодня?
– Да, ей нужно возвращаться в город.
Янис поживет с нами пару дней. Нам предстоит... много работы. Но надолго он у нас не задержится, не переживай.
Отворачиваюсь, пряча улыбку в кулак. Да, цветок, работы с тобой действительно непочатый край. За четыре года накопилось много вопросов, которые требуют немедленного разрешения и моего личного присутствия.
– Я не пойду с ним на улицу, – Андрей мотает головой из стороны в сторону.
– Хорошо. Тогда будешь играть с Янисом в гостиной. – А шепотом добавляет: – Но на улице у тебя будет возможность от него сбежать.
Хочешь попробовать?
Мне становится тут же не до смеха. Я неважно себя чувствую, до сих пор не могу проснуться, а Алёна предлагает волчонку такую дикость? А если я не досмотрю за шустрым хомяком, то с меня потом три шкуры сдерут? Я на такое не подписывался.
– Пойду, приготовлю вам завтрак. Ведите себя хорошо и не разгромите гостиную.
– Мам, – чуть ли не плачет Андрей. Подбородок дрожит, глаза на мокром месте.
Будь на его месте тоже бы сейчас скорчил жалостливую моську.
Хотя с таким лицом, бывало, с Эриком-младшим возился, когда мне его оставляли в мой законный выходной.
– Все хорошо, сынок. Янис не будет тебя обижать. Тут даже спорно кто кого, – уже себе под нос добавляет Алёна и выходит из гостиной.
Мы остаемся с Андреем одни. Как-то придется налаживать контакт с волчонком. Но я пока без понятия как.
– Я привез тебе пакет игрушек. Не знал, что ты любишь, но был готов к подобным закидонам, – вытираю ладонью слезы с пухлых щек Андрея.
– Лучше бы смирительную рубашку захватил и пару носовых платков. Но кто же знал, что ты реветь любишь?
Волчонок отмахивается от моей руки и громко шмыгает носом.
– Я знаю, что такое смирительная рубашка. И еще скафандр, – Андрей встречает мои слова без каких-либо эмоций.
– Уже надевали на тебя?
– Ласка часто так говорит, когда я не слушаюсь, – деловито отвечает он.
– Но я не Настя. Словами не ограничится.
