Чем кормить злого и ненасытного зверя, который мечтает о расправе с обидчиками Алёны, лучше переключиться на более приземленные вещи.
– Я сейчас схожу в душ, потом выдашь мне еще этих чудо таблеток, мы немного полежим и я провожу тебя. Хорошо?
– Всё-таки решил ехать сегодня? – мрачно произносит цветок.
– Дел много, Алёна. Нужно быть в городе. На меня возложили кучу обязанностей.
– Ещё что-нибудь съешь?
Цветок поднимает руку и гладит меня по голове, массирует виски. Мне приятно. Хочется попросить ее, чтобы не останавливалась.
Но для начала нужно принять душ.
– Спасибо. Нет.
Целую Алёну еще раз и иду в ванную. Меня до сих пор штормит, но это уже остаточные явления, через пару дней должен окончательно прийти в себя и быть в строю. Жаль, что не в моральном плане.
Приняв тёплый душ, иду в гостиную. Стакан с водой и таблетки уже на журнальном столике. Цветок сидит в кресле и смотрит на меня чуть нахмурившись.
– Все нормально. Я доеду.
– Я ничего не говорила, – наблюдает за мной Алёна.
– Тебе порой и не нужно.
Достаточно посмотреть на лицо.
Принимаю горизонтальное положение и зову цветочек к себе.
– Я не трону тебя. Просто полежи со мной немного, – прошу я.
– Если разрешишь озвучить “но”, то лягу, – шантажирует она.
– Оно короткое?
– Буквально два предложения.
– Хорошо. Пару осилю. Мне нужно побыть в тишине.
– Я уже и так это поняла.
Алёна приближается к дивану и ложится рядом. Я прижимаю ее к себе, впечатываюсь в нее своим телом. Цветок такая горячая и опять дрожит.
– Если у нас ничего не получится, я больше не выберусь, – тихо говорит Алёна.
Просто слова, но сколько в них одиночества и боли... Я обнимаю ее обеими руками.
– А второе?
– Что?
– Предложение где второе?
– Я в одно уложилась.
Улыбаюсь и глубже вдыхаю ее запах. Трезво мыслить пока не получается, но точно знаю – мы сейчас в равных условиях.
– Я тоже не выберусь, Алёна. Если тебя это хоть как-то успокоит. Не могу о других думать. Даже когда овощем здесь лежал один несколько дней, то все мысли были о тебе.
Остатки боли, которые не задушили таблетки, снова пробираются в лобную и височные части. Я морщусь и ненадолго замолкаю.
– Мы сейчас при таком раскладе опять уснем, – шепчет Алёна, когда я утыкаюсь носом в ее затылок.
– Пару часов уже ничего не решат. Побудь со мной.
– Ян…
– Пожалуйста.
Алёна почти сразу же расслабляется, подстраиваясь под мое тело, и начинает дышать ровнее. Нужно будет позвонить завтра бабуле. Давно не общались.
