Язык коснулся мягкого податливого языка, переплелся, заскользил быстрее между зубов, раздвигая, пробираясь глубже. Нежность пыталась сорваться в ярость, но я ей не позволял. Пил отраву залпом, но не спешил лететь в пропасть. Успею. Изучал-пробовал девушку на вкус и давился жуткими противоречивыми эмоциями.
Два-три глотка, и мир поплыл ярко-алой рекой похоти. Я, блять, ее хочу.
Оторвался от девушки и, отодвинув ее от себя за плечи, встал. Стоял над ней, маленькой и беззащитной, и понимал, как это все смотрится.
Мое нападение, насилие и остальное.
Бросился к выходу и, хватаясь за стену, добрался до уборной. Замер напротив зеркала. В глубине черных зрачков сверкало безумие и мое поражение. Что я наделал? Зачем трогал ее? Зачем согласился?
Думал, что месть Крысе избавит меня от черной дыры в груди.
Грохнул в сердцах кулаком по мойке, и она пошла трещинами.
— Да лучше б я сдох!
Глава 21. Ангел
Я смотрела на распахнутую дверь и не могла прийти в себя. То, что сейчас было, не укладывалось у меня в голове.
Как может это чудовище… быть таким нежным?
Никто меня так не целовал так, как Лютый — одновременно больно и мучительно изматывающе.
Никто не целовал меня с такой испепеляющей нежностью, оставляя после себя след сюрреализма. Будто тигр с изманной кровью добычи мордой решил понюхать розы.
Нет-нет! Мне показалось, что на миг я забылась. Утонула в кроваво-металлическом привкусе его жёстких губ или начала притворяться так хорошо, что обманула даже саму себя.
Всего на мгновение. Значит, и того человека смогу обвести вокруг пальца. Лютый называл его Чехом.
В палату вошёл доктор и, недовольно хмурясь, положил передо мной лист.
— Это рекомендации. Но я бы советовал остаться в клинике ещё на несколько дней. И у вас состояние нестабильное, и у вашего…
— Мы уходим? — перебив, уточнила я и подняла листок с предписаниями. Пробежалась по записям и отметив, что для Лютого выписано в два раза больше лекарств, криво улыбнулась.
— Отлично.
— Вы не должны перенапрягаться… — начал было доктор, но тут в палату стремительно ворвался Сергей.
Глянул на меня остро и, сухо кивнув, сообщил:
— Лютый ждёт в машине.
Я вздохнула и поднялась. Улыбнулась врачу:
— Прощайте.
Как ни повернётся судьба, вряд ли мы ещё встретимся. Я надеялась, что мой план по исчезновению Лютого из моей жизни сработает. Папа всё решит, главное, добраться до дома и всё ему объяснить.
