Никакой борьбы, когда ты под моей ответственностью, — отчеканил Унрек.
— Но другие-то парни тоже смертные — и ничего. Им-то можно. Это же не бой с дикой нечистью или с мракобесами, это всего лишь борьба. Максимум — синяк заработаю или вывих. Целители за пять минут вылечат.
— Нет, малыш, и не спорь.
— Отец бы меня отпустил!
— Вот когда ты будешь под его присмотром, пусть отпускает куда угодно.
— Ну ничего, я тебе отомщу! — надулся Шолто.
— И как же именно, позволь полюбопытствовать? — Унрек даже капюшон приподнял, чтобы заглянуть в лицо племяннику.
Лично я в том капюшоне вообще смысла не видела, даже если бы редкие прохожие — или проезжие, в общем, те, кто возвращался с ярмарки по дороге, над которой мы летели, — попытались бы рассмотреть его лицо, им нужно было бы уметь видеть сквозь дракона. Да и летели мы довольно высоко. Но принцу под прикрытием виднее.
— Вот будет у тебя сын, и поступит он в академию, я вызовусь стать его нянь… тьфу! Присматривать за ним. И тоже никуда его пускать не стану, как бы он ни просил!
— Где-то я это уже слышал, — задумчиво протянул дракон.
— Рик, не надо! — попытался остановить его Унрек, но не получилось.
— Ах, да, вспомнил! — Даже я не поверила, что он что-то забывал и якобы усиленно копался в памяти. — То же самое Ройстон в своё время говорил Торлею. На его сыновьях отыграться не получилось — оба были старше, так что…
— Ну, дедуля, ну, удружил! — возмущённо взвыл Шолто.
— Почему-то у меня появилось большое подозрение, что и твой дед в своё время кому-то так же грозил отомстить, — я утешающе похлопала парнишку по плечу.
— И далее, по цепочке. Но сомневаюсь, что Унрек на самом деле тебе мстит. Просто он очень ответственно подходит к своим обязанностям. Ну и просто за тебя волнуется, как любой взрослый за ребёнка.
— Ты говоришь так, словно сама уже нянькой побывала, — подозрительно глянул на меня Шолто.
— У меня есть младшая сестра, — я пожала плечами, мол, это же очевидно. — И я присматриваю за ней столько, сколько себя помню. И не потому, что кто-то заставляет, а просто я её люблю, а она нуждается в присмотре и защите.
Порой она на меня тоже ворчит, а я ворчу на старшего брата или на маму, когда их опека кажется мне чрезмерной. Но сейчас я бы многое отдала, чтобы мне кто-нибудь из них сказал, что я еще маленькая для… чего бы то ни было. Чтобы хоть что-то мне сказали…"
"— Они обязательно скажут, — Унрек приобнял меня, а я прижалась к нему, словно к любимому дядюшке. — Ещё снова на них ворчать будешь.
