Он ласкал ее языком и этим заставлял ее дрожать от возбуждения. Черт побери, он должен взять ее!
Он должен овладеть ею. Бросив взгляд на дверь, Рул подумал, что секретарь не войдет внутрь, и не важно, какие звуки будут доноситься из-за дверей кабинета.
— Нам надо остановиться, — прерывисто прошептала Вайолет. — Мы не можем…"
"Рул заставил ее замолчать еще одним жарким поцелуем. От этого влажного, огненного поцелуя она стала извиваться в его объятиях.
— Рул, пожалуйста…
Рул понял ее мольбу немного в ином смысле.
Он решил, что она молит продолжать и ни в коем случае не останавливаться. Он слегка покусывал мочку ее уха, потом его язык спустился ниже, по ее шее к плечам. Он распахнул корсет так широко, как позволяли застежки, сжал роскошную грудь, целовал ее, желая лишь одного: чтобы между их телами не было никаких преград.
Оба они были еще одеты, но Рул был из тех мужчин, которые редко упускают возможность, и сегодняшний случай не был исключением.
Приподняв, он усадил ее на стол, поднял юбки, обнажив ножки в чулках.
— Что… что ты делаешь?
Он не стал тратить время на разговоры и ничего не ответил. Он едва мог видеть ее лицо из-за облака кружев и ткани, но это было не важно. Он встал между ее ног и проник пальцем внутрь ее, почувствовав по тому, насколько там было влажно и горячо, что она готова.
Вайолет легла на спину на столе. Она застонала, и его наполнило ликование и страстное желание. Он едва мог сдерживать себя.
«Пока еще рано», — сказал он себе.
Рул стянул ее чулки к коленям и припал горячими губами к нежному бугорку.
— О мой Бог! — простонала Вайолет и задрожала от его прикосновений.
Тогда он расстегнул ширинку своих брюк и вошел в нее.
Его пронзило наслаждение. И такое чувство он не испытывал никогда ранее. Он хотел взять ее нежно, но когда понял, что она скоро достигнет пика наслаждения, больше не мог сдерживать себя.
Он погружался в нее все глубже и глубже и приближался к пику наслаждения. Наконец волна накрыла его, и он застонал от удовольствия.
Он не знал, сколько времени прошло, пока его напряженные мышцы наконец расслабились.
Когда Вайолет привстала под ним, он вспомнил, где они находятся. Вытерев платком следы их любовного акта, он помог ей поправить одежду и встать со стола.
Ее лицо пылало, и он подумал, что Вайолет — прелестное создание, такое страстное и нежное одновременно.
Она посмотрела на него снизу вверх из-под длинных ресниц.
— Я не знаю… не знаю, что сказать. Не могу поверить… в то, что произошло.
