А еще в том, что мне это нравилось. Физически я хотела этого контакта, и лишь совесть на пару со здравым смыслом выступали против.
Мужчина практически сорвал с меня платье: порвал лиф на груди и задрал юбку. Он целовал и гладил меня, доводя до исступления. Я забыла, что надо сопротивляться, что необходимо быть твердой. О какой твердости речь, когда желанные губы прижимаются к пульсирующей венке на твоей шее? Когда язык скользит по коже, обещая наслаждение? Я не стойкая. В ту ночь я это поняла как никогда четко.
Я заерзала на банкетке, подстраиваясь под мужчину. Все происходило само собой, как будто так и надо. Мое тело словно знало, что необходимо делать. Я вдруг осознала: оно ждало этого мужчину, тосковало по нему все это время и сейчас ликовало, получая вожделенные ласки.
Да, все во мне тянулось к Алатару Небулу. С такой силой, что это даже пугало. Несмотря на всю ложь, что есть между нами, несмотря на то, что по законам моей страны он принадлежит другой женщине, я хотела взять то, что он предлагал.
Прямо здесь и сейчас.
Я закрыла глаза и позволила страсти одержать надо мной верх. У меня больше не было сил на сопротивление. Совесть и та отступила под напором обоюдного желания. Весь мир отошел для меня на второй план. Остались лишь губы Алатара, целующие мой живот.
И вот тут что-то произошло. В тот момент, когда я, разгоревшись, плюнула на все и была готова отдаться повелителю, он вдруг резко выпрямился, отстраняясь от меня.
Это было так неожиданно, что я даже не догадалась прикрыться.
Так и лежала перед ним обнаженной: с порванным лифом и задранной юбкой.
— Откуда у тебя этот шрам? — вопрос, заданный хриплым голосом, застал врасплох. Алатар, не отрываясь, смотрел на мой живот. И вид у него был такой пораженный, словно он увидел летящую по небу лошадь."
"— В детстве напоролась на острый угол, — пробормотала я.
— Я уже встречал его, — Алатар медленно поднял голову и взглянул мне в глаза. — Ты… — выдохнул он.
Глава 25. О тайном, что стало явным
Чем бы ни был морок, охвативший сознание повелителя, он спал, едва тот узнал меня.
Если дурман вызвало зелье Алтеи, то оно слишком быстро сошло на нет. Должно быть, Алатар носит какой-то защитный амулет, который действует схоже с алтарем — выжигает зелья и настойки из крови.
Я же пришла в себя от прохладного ветерка, коснувшегося обнаженной кожи. Я словно очнулась после обморока и сообразила, что по-прежнему лежу полуголой перед чужим мужем.
