— И рогов мне в номере, лежа под конкурентом, не наставляла?
В его глазах такая ярость вспыхивает, что я на мгновение забываю, как дышать, но все равно вскидываю подбородок и взгляда не отвожу, как смертник перед оглашенным расстрельным приговором.
— У меня есть лишь мои слова, Игнат. Моя правда. Я не изменяла тебе. Ни тогда. Ни потом.
— Даже так? — вновь вскидывает бровь.
— Веришь ты мне или нет, но я не предавала. Не предавала и не изменяла.
Неожиданно смеяться начинаю. Смешно, действительно, становится от мысли, которую я озвучиваю:
— У меня как-то не заладилось с личной жизнью, дорогой мой муж, и ты… остался моим единственным.
.. хотя.. знаешь…
— Что? — спрашивает сухим голосом.
— Я сожалею об этом. Сожалею, что только тебя, как мужчину, знала!
Не ожидаю того, что потом случается. Игнат вскакивает, и кресло с грохотом отлетает, а он. он ко мне идет, и каждый его шаг как приговор.
Нависает надо мной, огромные руки в изголовье кровать упирает и в глаза мои смотрит.
Правду ищет. А я не лгу! И взгляда не отвожу.
— Только я, говоришь? — задает вопрос с нажимом, а я жар чувствую, который от него ко мне идет.
— К моему сожалению, муж мой. Я других мужчина не знала.
Ладонь мне на щеку опускает, скользит по скуле, а я выдыхаю с горечью и болью, которая все еще в душе моей живет:
— Только ты...
— Если ты мне сейчас лжешь.. - Его ладонь спускается к моей шее, берет в мягкий захват, а я в его глаза янтарные гляжу и впервые вижу там его боль и его отчаяние.
— Что ты мне сделаешь?! - спрашиваю и улыбаюсь сквозь слезы. - Опять с Константиновской замутишь, и мой проект украдете?
— Что сделаю? — приподнимает брови и выглядит так, будто я ему только что со всего маху в лицо зарядила.
— То, что слышал, Игнат!
Выпрямляется. Смотрит на меня не мигая.
— Не делай вид, будто удивлен! Вы мой проект в тот день в отеле представили! Мой, Игнат! Это я его создавала, я его рисовала, а ты со своей любовницей украл у меня все! Почему?! Почему ты так поступил?! Что я тебе такого сделала, или воровать у тебя с ней в порядке вещей?!
- Погоди.
- выдает с нажимом, пальцы в кулаки сжимает, а я сворачиваюсь калачиком. Так больно становится.
Когда предают - это всегда больно. Мучительно просто. Невыносимо.
— Вы с этой тварью не просто мой проект украли — вы жизнь у меня украли, Игнат. Мою жизнь. И
я сделала то единственное, что могла... Я убежала.
