— Не волнуйся, я вернусь за ним.
Дёма усаживает меня на заднее сиденье автомобиля, а сам быстрым шагом идёт к дому. Мне немного страшно, что он ещё что-то натворит, но, скорее всего, холодная вода помогла ему немного протрезветь.
Я знаю его слишком давно. Полищук добрый, уверенный в себе и точно не жестокий. Тогда почему он всё это затеял?
— Возьми воду, — тепло произносит Дёма, вернувшись в машину и протягивая мне минералку.
На языке горчит, шок постепенно отпускает. Мне удаётся избавиться от мучительной тошноты, но не до конца.
В детстве я мечтала стать врачом, а сейчас сижу и тихо усмехаюсь: куда? Я бы упала в обморок на первом же дежурстве.
— Аль…
Мою руку накрывает ладонь Демьяна. Он волнуется и смотрит перед собой. Водитель плавно трогается с места, и позади остаётся злосчастный дом, в котором должно было быть весело, но получилось не очень.
Меня гложет вина. Когда-то я с такой уверенностью заявляла Аслану, что ему придётся столкнуться с моим парнем, а теперь единственное, чего я хочу — это отмотать время назад и никогда не произносить этих слов.
В совокупности с корсетом я действительно получаюсь стервой в его глазах.
— Зачем? Просто скажи, — качаю головой.
Разговор начинается срывающимся голосом. Я слишком взвинчена, чтобы нормально вести диалог. И максимально разочарована, чтобы прижиматься к своему парню бедром к бедру, как привыкла.
— Он нарывался, Аль. Тебе любой докажет — Мот или Тим. Кто угодно.
— Я слышала совершенно другую информацию, — строго чеканю.
— Что зачинщиком был ты. Что просил друзей держать Аслана. Что бил, когда у него не было возможности ответить и дать сдачи.
Обстановка накаляется. Между нами тянется невидимая пружина, которая в любой момент может лопнуть. Демьян перестаёт гладить мою руку, широко округляя глаза.
— Это чушь, Алин. Ничего такого не происходило — драка была честной, один на один. Остальное — тупые домыслы.
Мне удаётся ненадолго выдохнуть, потому что больше всего на свете мне бы не хотелось разочаровываться в парне, в котором я увязла по уши.
Убеждающие слова постепенно ломают барьер, но внутри всё равно остаётся сомнение. Было бы неплохо выслушать вторую сторону, потому что чем больше Дёма объясняет, тем сильнее я путаюсь в своих чувствах.
— Признаю, присутствие этого придурка добило мою расшатанную нервную систему. Ещё и Мот начал стебаться, мол, пока я таскаюсь за тобой, как щенок, ебучий репетитор уже наверняка преуспел в большем. Меня это взбесило, Аль.
