Гнетущая атмосфера сильно давит на нервы. Не помогает ни медитация, ни дыхательные упражнения, ни йога. Возможно, я излишне восприимчива, но несколько дней подряд ночую у подруги, чтобы отвлечься от плохих событий. Отец отпускает меня куда угодно, куда я попрошу, и пополняет банковскую карту крупной суммой.
С Лерой мне сразу становится легче. Я дышу на полную грудь и получаю возможность улыбаться, как и раньше. Мы гуляем по магазинам и заглядываем в кафе, болтаем до поздней ночи и пьем шампанское с клубникой в шоколаде.
Родители подруги уехали в длительную командировку, поэтому квартира полностью в нашем распоряжении.
— Мне даже жаль Дёму, Алин, — произносит Лера, собирая мои волосы в косу. — Может, наконец ответишь ему?
Телефон разрывается от постоянных звонков и сообщений, но я уже почти неделю игнорирую Демьяна. Порывалась даже занести его в блок, только в последний момент передумала. Пожалела, наверное. Или заочно дала шанс.
— Не хочу.
— Ну что ты упрямишься? Он правда вёл себя цивилизованно — ни с кем не мутил, рубился с парнями в приставку. К нему, конечно, пыталась подбить клинья его бывшая — Катя Силаева, но я сказала, что вы вообще-то встречаетесь. Ты бы видела, какими красными пятнами покрылось её лицо…
Дисплей в очередной раз вспыхивает входящим сообщением. Я захожу в переписку и бегло просматриваю все извинения. В последнем Дёма просит выйти к воротам, чтобы поговорить.
Я сухо отвечаю, что нахожусь у подруги, и бросаю мобильный в сторону.
Но не тут-то было. Спустя полчаса Полищук приезжает к подъезду Леры, громко сигналя под окнами.
Когда я выглядываю с балкона, то лишаюсь дара речи. Он стоит у автомобиля, держа в руках охапку красных роз. Сложно сказать навскидку количество, но могу поспорить, что их там явно больше сотни.
— Ну спустись к нему-у… — умоляет подруга. — Посмотри, какой он милый…
Я продолжаю упираться, до сих пор обижаясь на Демьяна, поэтому выйти отказываюсь, но парень не унывает — находит контакт с консьержем, поднимается на третий этаж и оставляет букет прямо под дверью.
Забирает его Лера. С моего разрешения зачитывает записку и восторгается ещё сильнее, потому что красиво говорить Полищук ой как умеет. Честно говоря, я и сама проникаюсь его словами.
— Мне жаль, что я тебя огорчил, Алинка. Я был неправ и хочу это исправить, — перечитывает подруга.
