Одно неверное слово — и захлестнёт с головой.
— Ты его заставил? — мой голос от волнения заметно садится.
— Мои люди умеют уговаривать.
— Боюсь даже представить, как именно они его уговаривали. Осталось дождаться звонка Нины Станиславовны и услышать очередные проклятия в мой адрес."
"— Она этого не сделает, — заверив меня, Рус кладёт ручку на стол поверх брачного контракта.
— Почему ты так уверен в этом?
Бросив беглый взгляд на наручные часы, Исаев добавляет совершенно будничным тоном:
— Ещё хоть одно кривое слово в твою сторону вылетит из её чёрного рта, она сядет за непреднамеренное убийство новорождённого ребёнка.
— Какого ребёнка? — ошарашено распахиваю глаза. — Я впервые об этом слышу.
— Восемь лет назад Авдеева принимала роды у некой гражданки Зуевой Василисы Егоровны — женщины из малообеспеченной семьи. Младенец выскользнул у неё из рук и ударился об пол. Маша, тебе не стоит забивать голову негативными мыслями. Дело удачно замяли. Она откупилась. Придумали версию, что гематома образовалась при тяжёлых родах.
Роженице сразу же ввели наркоз. Она почти ничего не помнит из того злосчастного дня. Только вот людям рот не заткнешь. Информация о случившемся просочилась очень быстро, но как я уже сказал, Авдеевой удалось выйти сухой из воды и опровергнуть факты.
Находясь под неизгладимым впечатлением от услышанного, не могу сосредоточиться на бумагах.
В брачном договоре, кажется, ничего не изменилось, кроме того, что он стал бессрочным.
Я по-прежнему не имею права рожать. И если в первый год нашего брака у меня случится неожиданный залёт, я должна буду избавиться от ребёнка немедленно!
По сути наш брак не предполагает создания полноценной семьи, а значит будет являться фиктивным.
А как его иначе расценивать?
Исаев женится на мне не по большой любви. Не ради рождения наследников. Это вынужденная мера. Всё давно озвучено. Брак ради бизнеса. Ему нужен семейный статус, а мне нужна любовь. Чистая, искренняя, самоотверженная, о существовании которой этот мужчина даже не подозревает.
Чёрствый, холодный деспот. Эгоист. Одержимый идеей и ведомый животной страстью.
— Руслан, даже палка раз в году стреляет. Я не хочу делать аборт. И если однажды случится так, что…
— Не случится, Маша! — резкий тон прерывает меня на полуслове. — Это моё требование. В ближайший год никаких детей. А дальше время само покажет.
— Ты бездушная скотина! — из меня вырывается отчаянный крик души. Горечь затапливает с головой. Не знаю, что мной руководит. Какая сила управляет.
