Весь влажный после душа. С чёлки на грудь капает вода. Прильнув к его разгоряченному телу, дрожу от нетерпения. Нутро горит. Хочу его всего. Терпеть больше нет сил. Я на грани помешательства. Обхватываю его шею руками. Припадаю губами к губам. В плоть вгрызаюсь зубами. Прошипев от боли, Рус набрасывается на мой рот. Заводит ладонь за затылок. Стискивает волосы в кулак. Синхронно выдыхаем стоны и снова срываемся. Он голодно сминает мои губы своими. Я обхватываю ладонью член. Огненная волна адреналина ударяет по всем точкам восприятия.
Начисто лишает возможности анализировать. Подчиняюсь его воле, прыгая за ним в костёр…
* * *За какие-то секунды оба воспламеняемся, нами овладевает животная страсть.
Схватив меня за талию, Руслан садит на пьедестал для раковины. Широко разведя колени, вклинивается между бёдрами. Рывок, и моя задница оказывается на краю. Сдёрнув полоску трусиков вбок, прижимается ко входу членом. Ощущения потрясающие.
Боже мой. Да! Да! Да! О, господи, да!
Только не останавливайся, прошу!
Он и не думает.
С глухим сдавленным рычанием врывается внутрь. Выбивает из меня громкий всхлип.
Горячий, твёрдый, большой — приятно меня растягивает. Ни с чем не сравнимое ощущение наполненности сводит с ума. Мы вместе. Он во мне. Срывается и двигается, как сумасшедший. Голодно. Страстно. Жёстко. Не давая возможности опомниться, сталкивает нас обоих в пропасть.
Трахает. Трахает. Трахает. И в губы целует. С такой страстью впивается, что кожа немеет и разгорается огнём.
— Маша… — горячо выдыхая, всасывает мои губы, вгрызается в них, скользит по припухшей плоти языком.
Я с такой же страстью отвечаю. Глотаю его хриплый шёпот. Впускаю его в себя. Всего. Весь запал, всю накопившуюся энергию друг другу отдаём. Делимся ею. С каждым новым, глубоким толчком он подводит меня к краю. Промежность от непривычки немного саднит, но эти ощущения придают лишь остроты нашим синхронным движениям.
Как одно целое. Как два безумно соскучившихся человека.
Трахаемся. Трахаемся. Трахаемся.
Я крепко вцепляюсь за него.
Скольжу ладонями по напряжённым бугрящимся мышцам. Царапаю ногтями плечи, спину, грудь, шею, затылок.
— Господи, держи… держи меня крепче, держи, Рус, держи… — прошу его на частых рваных выдохах, задыхаясь от наслаждения. Он сильнее прижимает моё тело к себе, словно в себя засунуть хочет. Чтобы слиться. Спрятать от всех.
Хорошо. Мне хорошо с ним. Хорошо. Как ни с кем и никогда не было хорошо.
Мой он. Только мой. И всегда будет моим.
Горим оба.
