Голова от всего этого невыносимо гудит. Всё одно к одному, сука! Как будто кто напророчил.
Набираю Машу. Долгие гудки разрывают голову. Отключаюсь. Набираю повторно. И так четыре раза подряд.
— Млять, — шумно выдыхаю, — обиделась, что ли…
— Может спит?
— Возможно.
Не успеваю сунуть мобильный в карман, как он тотчас оживает.
На экране горит номер заведующего нейрохирургического отделения.
— Алло, Исаев слушает."
"— Добрый вечер, Руслан Георгиевич. В больницу сможете подъехать? — интересуется Грачёв. — Поговорить нужно по поводу операции и состояния отца вашей супруги.
Новости не самые утешительные. Он по-прежнему в коме. Геморрагический инсульт приводит к смерти где-то в сорока процентов случаев. Будем надеяться, что Виктор Александрович всё-таки выкарабкается, но гарантий я дать не могу. То, что он не отдал Богу душу на операционном столе, уже большое достижение. В общем, надо ждать.
— С Марией разговаривали?
— Да. Пришлось ввести ей снотворное. Она сегодня исчерпала свои лимиты стойкости. Стресс её подкосил.
— Я буду где-то через час.
— Отлично. Жду вас у себя в кабинете.
Глава 25 Антидепрессанты
Руслан
После конфиденциального разговора с Грачёвым, направляюсь в палату, оплаченную для отца Марии. Нахожу её спящей на раскладном кресле-кровати для сопровождающих.
Свет в комнате приглушён. Повисшую тишину рассекают монотонные звуки медицинских приборов. Подключённый к аппарату искусственной вентиляции лёгких мой будущий тесть спит.
Не заостряя на нём внимание, подхожу к креслу, где находится моя женщина.
Присаживаюсь на край. Касаюсь её плеча, а затем, не удержавшись, под влиянием внутренних инстинктов склоняюсь над ней и целую припухшее от слёз веко, следом прижимаюсь губами к виску и замираю, прислушиваясь к её ровному дыханию. В ноздри вбивается запах тёплой кожи. Втягиваю поглубже, позволяя этому наркотику распространиться по всему организму. Впервые за долгий день расслабляюсь…
— Всё вернётся на круги своя, Машенька, опомниться не успеешь… — шепчу, заправляя за ухо прядь волос.
Лицо опухшее, покрасневшее, под глазами тёмные круги. Слишком много ревела.
Оценив её нездоровый вид, решаю забрать с собой. Не место ей здесь. В такой тяжёлой обстановке мучиться. За ночь ещё больше себя изведёт.
— За отцом присмотрят врачи. Нам пора ехать домой, — продолжаю внушать ей, поднимая на руки спящую. — Тебе необходимо сменить обстановку. Хотя бы на несколько часов. Затем снова к папе вернёшься…
В коттедж прибываем ближе к десяти вечера.
