Слукавлю, если не признаюсь — мне и самой хочется его внимания. Сообщения и телефонные разговоры, на которые я соглашаюсь — огромный шаг навстречу. — Завтра заберу телефон у Гули.
Один день резко изменил мою жизнь. Еще утром я представляла все по-другому. Валида и в мыслях не было, я бы ни за что не позволила ему мне написать. Если бы посмел позвонить, кинула бы его номер в черный список. В это самое время я должна была находиться в постели с Алексеем…
Сейчас это будто из другой жизни. Не про меня. Лешу я, наверное, не любила, раз так резко остыла.
Не любила, потому что не испытывала боли от потери. Даже обиды не ощущала. Не хотелось плакать, не было желания напиться. Хотя напиться мне никогда не хотелось. Мой организм крепкое спиртное воспринимал как яд.
У меня есть подозрения, почему я так спокойна. Валид заполнил собой все мысли и чувства, места в них не осталось бывшему жениху. Валид делает ко мне шаг, подходит почти вплотную. Потянулся пальцами к подбородку, поднял лицо."
"Дрожу, как осиновый лист на ветру.
В его глазах бушует черный океан. Наклоняется, а я вроде и хочу отступить, но продолжаю стоять на месте. Теплое дыхание касается губ. А я забываю, что нужно дышать. Легкое прикосновение к моим губам. Хочется опустить веки и позволить ему углубить поцелуй. Есть уверенность, что он умеет целоваться. Сравнивать мне особо не с кем. Леша да пара кавалеров до него.
Он меня отпускает, а я разочаровываюсь. Откуда только такое нетипичное мне поведение берется? Почему я хочу, чтобы он меня по-настоящему поцеловал?
— Тебе надо поспать, — он отходит.
Достает из шкафа домашний костюм и еще одно одеяло. — Не будешь возражать, если я с другого краю лягу? Приставать не буду.
«А придется», — звучит в голове дурацкая фраза из анекдота.
Его ровное дыхание на другом конце кровати очень раздражает. У меня уснуть не получается. Лишь под утро отяжелевшие веки смыкаются, а когда открываю глаза, на часах почти одиннадцать.
Улетел. А я «пока» не сказала…
Глава 17
Валид
— Самир, какого хрена ребят в горы кинули, а меня на базе оставили?! — ору в трубку, как только брат принимает вызов.
Я уже со всем начальством переругался, хотя понимал, что нарушить приказ они не могут.
— Они — тренироваться, а ты — восстанавливаться после ранения. Без реабилитации к спецоперациям не допущу, — Самир мой командир, я не имею права оспаривать его решения. Он и не позволит. Не посмотрит, что я практически его единственный родственник, выпрет из подразделения без сожаления.
