Мне нужно, чтобы она ждала, тогда я спокоен буду.
— Как ты заставил меня сказать «да» в ЗАГСе? — переводит тему, отвечая вопросом на вопрос. — Почему я ничего не помню? — тряхнула головой, будто это могло что-то пояснить. Я не хочу отвечать на этот вопрос. Эгоистично с моей стороны. Завтра в командировку, я хочу вспоминать, как она стояла у окна и смущенно куталась в огромный банный халат. Как прятала под полами длинные стройные ноги.
Сказать придется.
Лгать Колибри не хочется. Пусть она и не оценит правду. Устроит скандал? Разбудит Лею и Самира?
— Ты была под гипнозом…
Глава 16
Ясмина
У меня даже сомнений не было, что ко мне прижимается Валид. Дом находится под охраной, сюда посторонний не мог проникнуть. Я почти сразу узнала его запах — в нем много чего интересного, но отчетливо слышу, как пахнут терпкие кофейные зерна и хвойный лес после дождя.
Кричать пыталась скорее от неожиданности, чем от страха.
"
"Пока препирались, я отчетливо ощущала жар его тела. И объятия почему-то не были жесткими, и ладонь к лицу он прижимала бережно. Придраться не к чему. Никаких насильственных действий. А то, что мое тело откликнулось, так это не Валида вина.
Находясь рядом с ним в постели, я удивлялась, как умудрилась сохранить девственность до двадцати лет. Откуда дрожь? Откуда тепло внизу живота, которое растекается по всему организму? И пальчики на ногах поджимаются…
А от его шепота и бесстыдно озвученных желаний приходится покусывать губы.
Злюсь до сих пор и женой не собираюсь оставаться, но что-то в этом мужчине есть. Будоражит, вызывает женский интерес. Теперь он не преступник в моих глазах, хотя и до героя ему далеко.
Сбегаю от Дикого подальше, будто он собирается преследовать. А на самом деле мне не дает покоя его почти обнаженное возбужденное тело. Стараюсь отводить взгляд, а он цепляется за красивый торс, где каждая мышца обозначена, за руки, которые перевиты тугими венами, за дорожку волос, спускающуюся за резинку трусов, за кубики на прессе, за четко прорисованные паховые мышцы, за выступ…
Чувствую, как жар притекает к щекам, резко отвожу взгляд.
А потом мы просто разговариваем. Я смотрю на него другими глазами. Не вижу в нем больше убийцу и наркомана, который отмылся от преступления с помощью связей. Верю Самиру и Лее. Так яростно заступаться за плохих людей, пусть даже и родственников, сложно.
